* * *Многие меня поносятИ теперь, пожалуй, спросят:Глупо так зачем шучу?Что за дело им? Хочу!Тень Баркова
Однажды зимним вечеркомВ бордели на Мещанской,Сошлись с расстриженным попомПоэт, корнет уланский,Московский модный молодец,Подьячий из СенатаДа третьей гильдии купецДа пьяных два солдата.Всяк, пуншу осушив бокал,Лег с б***ью молодоюИ на постели откаталГорячею е**ою.* * *Кто всех задорнее **ет?Чей х** средь битвы рьянойП***у кудрявую дерет,Горя как столб багряный?О землемер и п**д и ж*п,Б***ун трудолюбивый,Хвала тебе, расстрига поп,Приапа жрец ретивый,В четвертый раз ты плешь впустил,И снова щель раздвинув,В четвертый принял, вколотил.
И х** повисший вынул!* * *Повис! Вотще своей рукойЕму милашка др**итИ плешь сжимает пятерней,И волосы клокочет.Вотще! Под бешеным попомЛежит она, тоскуетИ ездит по брюху верхом,И в ус его целует.Вотще! Е**ак лишился сил,Как воин в тяжей брани,Он пал, главу свою склонилИ плачет в нежной длани.* * *Как иногда поэт Хвостов,Обиженный природой,Во тьме полуночных часовКорпит над хладной одой,Пред ним несчастное дитя —И вкривь, и вкось, и прямоОн слово звучное, кряхтя,Ломает в стих упрямо, —Так б***ь трудилась над попом,Но не было успеха,Не становился х** столбом,Как будто бы для смеха.
* * *Зарделись щеки, бледный лобСтыдом воспламенился,Готов с постели прянуть поп.Но вдруг остановился.Он видит — в ветхом сюртукеС спущенными штанами,С х**ной толстою в руке,С отвисшими м**амиЯвилась тень — идет к немуДрожащими, стопами,Сияя сквозь ночную тьму,Огнистыми очами.
* * *"
"Что сделалось с детиной тут?Вещало привиденье:«Лишился пылкости я м*д,Е**ак в изнеможеньи,Лихой предатель изменил,Не хочет х** яриться».«Почто ж, **ена мать, забылТы мне в беде молиться?»— «Но кто ты?»- вскрикнул Е*аков,Вздрогнув от удивленья.«Твой друг, твой, гений я — Барков!»Сказало привиденье.* * *И страхом пораженный попНе мог сказать ни слова,Свалился на пол будто снопК портищам он Баркова.«Восстань, любезный Е*аков,Восстань, повелеваю,Всю ярость праведных х**вТебе я возвращаю.
Поди, **и милашку вновь!»О чудо! X** ядреныйВстает, краснеет плешь, как кровь,Торчит как кол вонзенный.* * *«Ты видишь, — продолжал Барков, —Я вмиг тебя избавил,Но слушай: изо всех певцовНикто меня не славил;Никто! Так мать же их в п**у,Хвалы мне их не нужны,Лишь от тебя услуги жду —Пиши в часы досужны!Возьми задорный мой гудок,Играй им как попало!Вот звонки струны, вот смычок,Ума в тебе не мало.* * *Не пой лишь так, как пел Бобров,Ни Шелехова тоном.
