Уняв дрожь в руках и коленках, я аккуратно высунул голову в дверной проём, чтобы получше разглядеть арбалет голема. В этот раз щелчок раздался мгновенно; если бы арбалет выстрелил, и его снаряд угодил бы в цель, то я бы уже отправился на внеочередную встречу со своей богиней… Однако, выстрела не произошло.
Тетива арбалета голема натягивалась самовзводным механизмом, после чего с щелчком спускалась и тут же начинала взводиться заново. Охотник попросту игнорировал тот факт, что снарядов в его орудии не было с самого начала.
Я раздражённо фыркнул, а затем, выпустив из рук мешок, показался в дверном проёме.
— Ты в курсе, что тебе нечем стрелять? — спросил я у истукана, и в ответ услышал лишь ещё один отчётливый щелчок.
Получив чёткое понимание того, что в дальнем бою голем никак мне не навредит, я вышел из мельницы. Охотник завис надо мной в десятке метров и с упорством маньяка продолжил щёлкать арбалетом, направляя его на мою голову. Но как бы старательно он ни целился, как бы яростно ни спускал курок, или что там было внутри этого причудливого механизма, для моего убийства голему всё ещё были нужны снаряды.
Ситуация оказалась патовой, ведь и не мог достать голема или как-либо иначе от него избавиться. Потому я немного передохнул, а затем решил направиться в сторону, где должен находиться Вадик. Наверняка мой брат был уже на половине пути сюда."
"Голем же последовал за мной, не прекращая издавать эти весьма раздражающие щелчки. Быть может, он пришёл к выводу, что если меня не убьют болты, то преуспеет моя испорченная нервная система.
Глава 17
Охота за головами, часть первая
Щёлк!
Охота за головами определяла местоположение брата в той же стороне, где находился злосчастный безымянный город и лагерь Гоплитов. Я шёл неспешно, фокусируясь на каждом незначительном изменении внутреннего компаса, дабы мы точно не разминулись.
Щёлк!
Ни температура воздуха, ни какие-либо другие погодные условия так и не изменились. Непроглядные облака продолжали свою неумолимую блокаду всего небосвода, а лучи света…
Щёлк!
Внезапно я осознал, мой внутренний компас начало клонить в сторону, а это означало, что Вадик по какой-то причине сменил направление своего движения.
С каждой минутой отклонение от моего маршрута становилось всё сильнее и сильнее. Если ничего не изменится, мы можем так и разминуться, а если наше воссоединение затянется, весь обратный путь до мельницы придётся пройти в потёмках.
