Даже если Бобу и говорили, что бить меня неинтересно, такие, как он, не верят на слово. Они хотят увидеть, проверить, убедиться, а еще лучше — сломать.
Между мной и поджидающей бандой толпа людей, но кажется, будто мы одни в совершенно пустом цеху. Вижу, как Боб смотрит на меня в упор и улыбается, демонстрируя недостаток передних зубов. На этот раз не отворачиваюсь, смотрю на него так же прямо, как и он на меня. Глен вздрагивает, увидев выражение моего лица, что-то шепчет Бобу на ухо, но тот только отмахивается и манит меня пальцем к себе.
Сегодня Боб хочет повеселиться, и меня явно выбрали как главное блюдо.
Меня били девятнадцать раз. Тогда казалось, что если буду вести отсчет, это придаст мне сил. Сейчас понимаю, что в этом была доля истины, потому что двадцатого раза не будет. Четыре года назад у меня была надежда. Но мне больше не двенадцать, и я точно знаю, что мне нечего терять.
Не оборачиваясь, протягиваю руку назад, беру с полки отвертку и опускаю в карман широких штанов. Мне не дадут вынести отвертку на улицу, но это и не нужно.
Если выйду отсюда, то сумею сбежать, и она уже не понадобится. Но если этот квартет меня остановит…
Выпрямляю спину и иду к выходу. Боб и компания отходят от дверей, двигаются ко мне навстречу.
— Кэм, — приветствует меня главарь.
— Боб, — отвечаю.
— Хорошо, что не убегаешь, — потирает сбитые кулаки, чуть оборачивается, оценивая количество оставшихся в цеху людей. Правильно мыслит, охрана далеко, слишком многие еще не успели выйти, они служат живой стеной, закрывая обзор.
Вот только даже Бобу невдомек, что увидь Билли, что происходит, все равно не сойдет со своего поста. Слишком уж дорожит местом привратника и ни капли не дорожит другими людьми. — Давно присматриваюсь к тебе и хочу познакомиться поближе, — а затем его огромная ладонь недвусмысленно накрывает место пониже ремня.
Вижу сочувствующий взгляд Мо и окончательно понимаю, что слухи не врут: Боб любит мальчиков. Черт, мне казалось, бедолагу всего лишь избивают…
— Что, он тебе уже надоел? — отвечаю с вызовом, мотнув головой в сторону долговязого Мо.
Тот тут же теряется в толпе.
— Податливые утомляют, — глубокомысленно выдает здоровяк и делает шаг ко мне. — А ну-ка, парни, держите его.
Глен отчего-то бледнеет.
— Боб, может…
— Или ты или он, — отрезает тот.
Глен тяжело сглатывает, вид у него затравленный. Он, правда, против этой затеи.
Зря Боб не слушает Глена, который проработал со мной бок о бок все эти четыре долгих года. Зря…
Двое идут на меня.
