Может быть, мне приснится продолжение сна-мечты, который никогда не сможет стать реальностью?
Девушки из сна давно нет в живых.
Здесь только я.
42.
Сплю плохо. Просыпаюсь от малейшего звука. Вскакиваю, едва услышав шевеление на соседнем матрасе. Не забываю натянуть кепку.
— Ты как?
Райан лежит на здоровом боку. Опускает одеяло пониже. Трет глаза.
— Порядок.
Как же. Не верю.
Подхожу. Копаюсь в аптечке. Извлекаю градусник.
— На. Измерь, — протягиваю.
Наверное, у меня все на лице написано. Потому что просит:
— Прекрати.
Я не умираю.
— И это самая отличная новость за последние дни, — высказываюсь искренне.
Кесседи возвращает градусник. Смотрю показатели. Температура немного повышенная. Но совсем чуть-чуть. Значит, и правда, все хорошо. Выдыхаю.
— Давай, — говорю. — Надо повязку сменить.
Смотрит пристально. Выгибает бровь.
— Откуда такой энтузиазм? Понравилась роль медбрата?
— Если тебе такая роль нравится, ты псих, — бормочу. Отбрасываю одеяло. Снимаю пластырь. Рассматриваю.
Вроде, покраснения нет. Перестаю строить из себя доктора. — Посмотри, — прошу. — Нормально выглядит?
Вытягивает шею. Морщится от боли.
— Нормально. У тебя талант.
Огреть бы его чем-нибудь тяжелым. Обязательно, когда оклемается.
— Рассвет, — смотрит в сторону окна. — Сходи к Гилу. Узнай планы на сегодня.
— Схожу, — обещаю, накладывая новый пластырь. — Но ты сегодня никуда не пойдешь.
Кесседи не спорит.
— Куда я пойду? Вообще-то я еще жить хочу.
Хочет — это хорошо. Он сильный, хочет — поправится.
— Готово, — провозглашаю. Отхожу, любуюсь своей работой.
— Спасибо, — опирается руками о матрас, чтобы подняться.
— Ты куда это? — хмурюсь.
Закатывает глаза.
— Умник, выходи из образа няньки. Ты же не понесешь меня на руках в туалет.
— А, — затыкаюсь.
Порываюсь было помочь встать, потом передумываю. Райан прав, нечего кудахтать. Самый страшный момент миновал.
— Найди мне, пожалуйста, болеутоляющее в аптечке, — просит уже от двери ванной. — Зеленые такие, в прозрачной упаковке.
Дверь закрывается, а я бросаюсь выполнять поручение. Зеленые в прозрачном… Светло-зеленые или темно-зеленые? Он издевается? Где вообще названия этих штук? Специально не подписывают, чтобы незнающие люди не ели все, что попадется под руку?
Не зная, какие все-таки нужны, кладу на крышку аптечки обе упаковки. Каким бы равнодушным гадом ни был Гил, если бы он не дал вчера аптечку, нам пришлось бы туго.
Кесседи возвращается.
