Молодых, только из училища, лейтенантов назначали ротными, а где-то и комбатами, взводами в большинстве случаев командовали старшины и сержанты.
Комбат представил начальство, спросил у Грунова:
– Разрешите отлучиться, товарищ полковник, мне надо боеприпасы для батальона получить. А о ночной попытке прорыва вам все обстоятельно доложит командир роты.
– Да, конечно, занимайтесь, – разрешил начальник штаба корпуса.
Комбат ушел. Возле пулеметной позиции, в траншее, где находились еще два стрелка, остались Грунов, Дургин, Сазонов и гауптман Альрих Хальзер с группой.
Начальник штаба корпуса взглянул на гауптмана. Тот кивнул, что означало: переход здесь.
Полковник перевел взгляд на Самедова:
– Докладывай, лейтенант.
Глава вторая
Самедов доложил о внезапном обстреле, появлении танков на возвышенности метрах в восьмистах от передовой, которая хорошо видна отсюда.
– Они сразу открыли огонь.
– Сколько было танков?
– Взвод, четыре Т-IV. Они как раз разместились на возвышенности. Из глубины били гаубицы, минометы, пришлось укрыться.
В это время немцы сняли свои заграждения и в поле, на нейтральную полосу вышли бронетранспортеры, поливая передний край из пулеметов, пехота сначала была в бронетранспортерах, затем спешилась.
– Механизированная рота имела «Ханомаги»? – спросил начальник разведки.
– Так точно, 251-е. Тут уже ударил наш артиллерийский дивизион. Со второго эшелона подошла пулеметная рота, открыла огонь по пехоте, ну и мои бойцы, придя в себя, начали стрелять. Потеряв три «Ханомага», танк и около взвода пехоты, разведывательная группа под прикрытием все той же гаубичной артиллерии отошла назад.
Что характерно, тела погибших гитлеровцы забрали.
Спросил Дургин:
– Подойдя вплотную к вам, имея еще два танка и не менее семи бронетранспортеров и два взвода пехоты, немцы отступили?
Лейтенант ответил:
– Так точно, по ним открыли огонь другие роты батальона, минометный взвод. Да и артдивизион продолжал стрелять. К тому же в ротах есть свои пулеметные взводы и противотанковые расчеты.
Грунов неожиданно спросил:
– Это был твой первый бой, лейтенант?
– В качестве командира роты – да, до этого я воевал взводным. Но недолго. Меня в полк прислали из училища в мае месяце. Досрочный выпуск. Прибыл младшим лейтенантом, а как назначили командиром роты вместо погибшего капитана, присвоили лейтенанта.
Начальник штаба корпуса кивнул:
– Понятно. В полку таких много.
– Зато комбат у нас опытный. С финской воюет.
– Терентьев? Этот, да.
