— Да, кстати, напарника я у тебя конфискую.
— А рожа не треснет?
— Заштопаю, не волнуйся. В крайнем случае миксом присыплю.
— А ну стоять, — подхватил меня за руку хозяин мастерской. — Тебе что, жить надоело?
— Мост, он водитель, дальнобойщик! Ты серьёзно собираешься использовать его в гараже? — попыталась отмазать меня Гюрза.
— Так он хотя бы останется жив.
— Уверен? Ты ведь в курсе, что сюда стягиваются пираты?
— Сомневаюсь, что наш форт им интересен. Скорее всего, они уйдут на север, за боеприпасами.
— Может, да, а может, и нет.
В конце концов, он взрослый мальчик и сам решает, куда и с кем ему идти. Отпусти его… А ещё лучше, давай с нами. На кону очень хорошие бабки.
— Тем хуже, — отказался Мост. — Ты и сама должна понимать, что халявы не бывает. — Хозяин бокса обернулся ко мне. — Сколько она тебе обещала?
— Это не твоё дело, Мост, — поспешила перебить меня Гюрза. — Так что давай до свидания, раз уж ты отказался. Пойдём, Руль…
— Парень, ты совершаешь большую ошибку, — глядя мне прямо в глаза, заявил Мост.
— Она наёмница. И дела, за которые она берётся, чаще всего заканчиваются смертью всех, кто оказывается рядом.
— Ты ведь жив, — с вызовом произнесла Гюрза.
— Я то самое исключение, что подтверждает правило.
— Слушай… — Я смущённо почесал переносицу. — Может, мне и в самом деле лучше остаться? Найдёшь кого-нибудь другого. Неужели здесь нет никого, кто способен крутить баранку?
Она уставилась на меня.
— А там, наверху, как много водителей способны пересесть с легковушки сразу на фуру? Думаешь, много тех, кто способен выгнать огромный прицеп из узкого переулка задним ходом, при этом ничего не сломав? А сколько из них сможет развернуться на шести метрах? Мы договорились, скрепили сделку.
— Вообще-то, никакие договора мы с тобой не подписывали… — попытался дать заднюю я.
— Хорошо. — Гюрза подняла руки. — Ладно. Без проблем… Но потом не удивляйся, если больше никто в Мешке не захочет иметь с тобой дело.
— Не слушай её, это пустые угрозы. Ты работаешь на меня, и это увидят.
— Да, но ссыкливых здесь не любят, — нагло ухмыльнулась девушка.
И это стало последней каплей. Я мог стерпеть всё что угодно, но вот это пресловутое «слабо́»… Ох, сколько же бед в моей жизни именно от этого! Да, многие на моём месте махнули бы рукой и, скорее всего, послали бы обоих к чёртовой матери. Но моё мужское самолюбие разыгралось не на шутку. Возможно, на решение повлияло наличие симпатичной девушки, которая обвинила меня в трусливости, не знаю.
