— Они мне самому пригодятся. Я жрать хочу, мне спать негде. А здесь, судя по всему, без оружия только дети ходят.
— Нет, без оружия здесь вообще никто не ходит, — усмехнулся он. — А давай так: я тебе ствол нормальный намучу, а ты мне два прозрачных.
— Что-то не нравится мне это, — поморщился я. — Давай эти вопросы до завтра отложим, хорошо? Мне бы для начала осмотреться и понять, что к чему.
— Как хочешь, — пожал плечами Узкий. — Ну чё, ёпт, ещё по бокальчику?
— Не, я всё, — отказался я. — Лучше объясни: как до гостиницы добраться?
— Да не ссы, здесь всё рядом, — беззаботно отмахнулся тот.
— Марин! Тащи ещё пива!
— Марин, не нужно! — крикнул следом я и указал пальцем на приятеля. — Если только за его счёт.
— Вот ты… кайфолом, ёпт, — откровенно расстроился Узкий. — Ладно, пойдём провожу.
От этого я отказываться не стал. Залпом допил пиво, поднялся из-за стола и направился к выходу. Когда попытался толкнуть дверь, она вдруг ушла прямо из-под руки, и я едва не нырнул носом в пол. В проёме стоял человек.
Впрочем, кого ещё можно было ожидать в мирном форте? Правда, его вид говорил совсем о других намерениях: тяжёлым взглядом он буквально рыскал по залу в поисках жертвы. А пистолет в руке намекал, что сюда он явился вовсе не за приятным времяпровождением. Да и поиск жертвы завершился достаточно быстро.
— Ба-а, какие люди⁈ — с наигранным дружелюбием произнёс он. — Узкий, мать твою, какими судьбами? Неужели я упустил момент, когда у тебя появились камни?
— Это, Лапша, да хорош ты… — Мой приятель моментально сдулся, как проколотый воздушный шарик.
Кстати, понятно, почему этого типа прозвали именно так. Тощий, долговязый и, судя по всему, имеет по данному поводу комплексы. Он постоянно пригибается, отчего кажется сгорбленным и действительно напоминает лапшу. Даже движения какие-то скользкие или мягкие, будто у него гибкие кости.
Лапша подошёл к Узкому и обхватит его за шею, прижал затвор пистолета к щеке. К слову, приятель всячески пытался до меня донести, чтобы я как можно скорее сваливал.
Честно говоря, мне и самому не очень хотелось влезать в неприятности. Вот только какая-то часть меня продолжала противиться. Ну не привык я бросать в человека в беде, даже если он мало знаком. В среде дальнобоев такое не принято. Видишь на трассе коллегу с мигающей аварийкой — остановись. Это закон, и те, кто его нарушает, попадают в чёрный список. В том смысле, что им никто никогда уже не окажет помощь. А дорога коварна.
