Книга Рождение — читать онлайн бесплатно полностью

Ухватившись за какую-то плоскость, выступающую из пола, он пробормотал:

– Ah, damn it… How much could I drink yesterday, if now I feel so crummy? What a potz I am! And what a shiimazl can tell me, where the hell I am?[13]

Тот, кто вышел одновременно с ним из правого проема, вытаращил на чернявого глаза и ошарашенно – произнес:

– Jude?[14]

Иван почувствовал, как у него рефлекторно стиснулись кулаки. Это слово на немецком он знал. Выходит, всё точно – фрицы! Ну держитесь, суки… Jude! Judische Schwein![15]

– Nazi?[16] – столь же удивленно отозвался чернявый, – а в следующее мгновение, когда он перевел взгляд на корейца, его лицо исказила такая же гримаса отвращения, которая в этот момент полыхала на роже у немца, и он завопил:

– Jap! Yellow assed macaque!!![17] – но в следующее мгновение был сбит с ног мощным хуком немца и покатился по полу.

– Jude!!! – орал фриц, прыгая на упавшего чернявого и хватая его за горло обеими руками.

Этого старший лейтенант уже стерпеть не мог. В Киеве он с офицерами батальона побывал на месте массовых расстрелов эсэсовцами киевлян в Бабьем Яру.

Жуткое зрелище. Ряды и ряды полуразложившихся человеческих тел, присыпанные землей. А под ними тоже слой земли – и новые ряды, и еще… Замполит рассказывал, что эсэсовцы организовали там настоящий конвейер. Привозили людей, делили на группы – отдельно женщин, мужчин, детей, выстраивали по размерам одежды и приказывали раздеваться. После чего, уже раздетыми, подгоняли к краю рва и сдирали с голых людей обручальные кольца, перстни, вырывали из ушей серьги, а потом, поставив на колени, убивали выстрелом в затылок. Последним актом был осмотр полостей рта у трупов на предмет золотых зубов. Эсэсовцы сбрасывали тела в ров, ценности оприходовали, заранее разложенную по размерам одежду упаковывали в ящики и, загрузившись в машины, отправлялись за новой партией жертв…

Так вот, как говорил замполит, большинство погибших в этом самом Бабьем Яру были евреями. Фашисты вообще отчего-то шибко ненавидели евреев.

Ну, почти как коммунистов… Сам Иван с евреями сталкивался всего несколько раз и зла от них не видел. Евреем был портной, у которого ему к четырнадцатому дню рождения пошили первую в его жизни новую рубаху – до того он всё донашивал за старшими братьями. Рубаха была пошита добро, грех жаловаться… Евреем был второй секретарь райкома комсомола, подписавший ему характеристику, благодаря коей он попал в Кремлевский полк.