Мне хотелось забраться под одеяло и долго, упоительно рыдать. Так, чтобы до рези в глазах, чтобы, когда в зеркало смотрела, ничего не видела из-за пелены слез. Чтобы никто не мог подумать, что я не живая.
Я хотела поделиться своей болью.
Рассказать всему миру, как мне плохо, как меня предали и то, что я все ещё живая, просто сломанная. Старая ненужная кукла с вывернутыми ногами и руками.
Я хотела всего этого.
Ляля щебетала в нужных тональностях, и обычно ее вот эта наивная, местами детская, непосредственность меня умиляла и грела.
Я словно купалась в чистом море рядом с подругой, но сейчас мне с каждым сказанным словом становилось все хуже.
В голове что-то сильно пульсировало.
Я незаметно приложила два пальца к виску. Боль чуточку утихла и пошла на спад. Но спустя несколько минут вернулась с двойной силой, и я, уже не таясь, сжала ладонями виски.
Перед глазами расплывались разноцветные круги, и сквозь них я не видела, что кровь пошла носом. Но это прекрасно заметила Ляля.
— Ева, это ненормально, — теперь в ее голосе был страх. Он отравлял ее собственный тёплый свет и превращал моря в болота. От этого становилось печально. Почти до слез.
И умей я плакать, я бы расплакалась.
Но у меня не получалось. Глаза горели, в горле клокотало. Я действительно хотела, чтобы слёзы смыли боль.
— Ева, вставай, поехали в травму. Ты меня пугаешь. Ты постоянно трёшь виски.
— Не надо, — сквозь полотенце и вязкий туман в голове отказалась я.
Просто сжала пальцы Ляли в своей ладони.
— Не упирайся, иначе я… я…
Звонок в дверь заставил нас обоих вздрогнуть. Ляля встала и медленно прошла в коридор. Я слышала, как щёлкнул замок. Тихий разговор. Вернулась подруга с хмурым лицом.
— Это к тебе…
Я неуклюже встала и отбросила полотенце от носа. Облизала палец и протерла над верхней губой. А выйдя в коридор, только и могла вскинуть в удивлении бровь.
— Привет. Мы поговорим? — тихо прозвучало от двери.
Глава 11
Соня моя двоюродная сестра.
Моя мама ушла рано из-за онкологии. Папа воспитывал меня один, но с помощью бабушки. Я часто бывала у неё в гостях, и на море она меня возила. Но мама была не единственным ребёнком, поэтому София, тоже внучка, все время находилась поблизости.
Мы друг другу не нравились. Помню, бабушка купила мне куклу, которая поёт и ходит по столу, причём, когда стол кончался, кукла разворачивалась и шла дальше.
