– Ваша подруга, – тут она указала на меня легким и в то же время ласковым жестом, – стала подругой и мне, хотя я не думаю, что мы будем ее ревновать, ведь правда?
Миссис Эверард попыталась найти подходящий ответ, однако настолько поразилась красотой Зары, что обычное самообладание почти покинуло ее. Зара, в свою очередь, была наделена совершеннейшим тактом, а вместе с тем умением в любом месте чувствовать себя как дома, так что вскоре мы все трое весело и непринужденно болтали. Когда появился полковник, что случилось довольно скоро, он также, как говорится, был «сбит с ног» красотой Зары, – аналогичное впечатление она произвела и на Чаллонеров, которые немного погодя присоединились к нашей компании.
Миссис Чаллонер, в частности, казалось, неспособна оторвать взгляд от милого лица моей любимой подруги, и я сияла от гордости и удовольствия, замечая, как сильно ею восхищаются. В одной только мисс Эффи Чаллонер, которую определенный класс молодых людей считал «чертовски хорошенькой и напористой», проснулся дух женского соперничества, и она противопоставила свой набор физических чар чарам Зары.
Этот барьер продержался недолго. Притягательность Зары была для нее слишком сильна. Она, как и все присутствующие, добровольно попала в плен соблазнительной мягкости, интеллектуального превосходства и сострадания, выказанных уравновешенным темпераментом и характером красивой женщины, которую я так любила.
После непродолжительной приятной беседы Зара от имени брата и себя самой пригласила полковника, миссис Эверард и семью Чаллонеров на следующий день отужинать в отеле «Марс» – и все с радостью приняли приглашение.
Я сразу поняла, что каждый из них стремился узнать о Заре и ее окружении больше – и я не могла осудить их за любопытство. Миссис Эверард пожелала, чтобы я до конца дня осталась с ней, вот только меня охватило предчувствие, что, возможно, вскоре мне придется расстаться с Гелиобасом и Зарой, со всеми чудесами и прелестями их дома, чтобы возобновить свою работу. Я решила осушить чашу теперешних удовольствий до последней капли и отказала Эми в просьбе, сославшись на то, что все еще нахожусь под наблюдением доктора и не могу без его разрешения поддаваться такому волнению, как послеобеденное время в ее обществе.
Зара поддержала меня и добавила от моего имени:
– Я, право, думаю, ей будет лучше остаться с нами в тишине и спокойствии еще на день или два. Тогда она полностью излечится и сможет делать все, что ей заблагорассудится.
– Что ж! – сказала миссис Чаллонер.
