Может что-то и шевельнулось в его душе, но виду он не подал. Так и смотрел на меня, как на дурочку простодушную. И это не шутка и не розыгрыш. Меня действительно подло использовали.
Много лет морочили мне голову и глумились над моими чувствами.
— Неужели не любил? — шепотом потерянно пробормотала я, хотя и так знала ответ. — Все ради кандидатской степени? Она так была важна для тебя, что ты пошел на такую подлость. Леша, ты как живешь с такой гнилой душой? Ты сам себе не противен?
Подняв чашечку, он сделал небольшой глоток уже остывшего чая.
Ничего в нем не указывало на покаянность. Как я вообще могла любить такого? Я же на все ради него была готова.
А он таким подонком оказался!
Куда же мои глаза смотрели. Сама виновата, так легко дала себя обмануть. А ведь он и, правда, никогда не говорил ни о браке, ни о семье.
В душе все остыло и онемело. Я сама во всем виновата.
— Ладно, Холодова, если ты уже сама все, наконец, поняла, то я тебя оставляю. Спасибо за все! Ты полностью оправдала все мои надежды.
Но впредь постарайся не быть столь наивной. Копи опыт, так сказать! — посмеявшись, он поднялся и двинулся на выход
— Подонок! — шепнула я ему вслед, но он уже меня не слышал.
Высокий статный молодой человек приковывал взгляды девушек. Как же я раньше не поняла, что он из себя представляет. Ведь получается он десять лет водил меня за нос. Играл на чувствах, использовал в своих целях. А я…
— А я дура! — ругнулась я тихо.
Так мерзко стало. Все слова, что он сказал мне, сейчас казались правдой.
Я тряпка, заучка, синий чулок.
Ругая себя мысленно, я боялась только одного: что сейчас расплачусь в общественном месте и совсем потеряю всякое к себе уважение. Официантка и так подозрительно на меня поглядывала. Тяжело вздохнув, я жестом призвала ее.
— Хотите расчет? — уточнила она, глупо хлопая наращенными ресничками.
— Пирожное с вишней и принесите счет, пожалуйста, — буркнула я, не поднимая взгляда.
Официантка скрылась с глаз, а я бестолково принялась рассматривать людей вокруг.
Рядом со мной за столиком сидели несколько молоденьких девушек-хохотушек. Они бурно что-то обсуждали, давясь смехом. Чуть дальше мило держалась за руки явно влюбленная парочка. А у самого окна пила сок пожилая дама странного вида. Вот вроде обычная цыганка, но что-то в ней казалось неправильным. То ли манера держать стакан с оттопыренным мизинцем, то ли слишком цепкий умный взгляд, которым она окинула меня с ног до головы.
