Однако осатаневшего полковника было уже не остановить — в руках появился рельсотрон.
Дерьмо, а вот это совсем плохо. Пробьет ведь.
Использовал пси-удар, но почти не целился. Получилось плохо — Тангера лишь оттолкнуло в сторону, но он устоял на ногах.
— Тебе конец! — прорычал противник, вновь беря меня на прицел.
И тут снова за его спиной промелькнуло что-то расплывчатое, непонятное.
Выстрел почти вплотную к шлему. Еще один.
Бронестекло полковника пошло трещинами, разом сократив обзор.
Одновременно он выжал спуск.
Рельсотрон жахнул с традиционным завывающим звуком.
Мимо. Ну, то есть не совсем.
По щиту-то он попал и даже пробил его насквозь. Правда, я лишь чудом, но все же ухитрился увернуться.
— Какого дьявола, что за дерьмо? — взревел Тангер и обернулся.
Один из десантников в «Скауте», медленно сползал по стене — в груди, точно между бронепластин, виднелись сразу три дыры.
Но где-то здесь оставался еще один, последний десантник. Он, прижавшись спиной к стене, водил стволом винтовки по сторонам, но цели не видел.
Никто не видел.
Я откатился за колонну, шатаясь, с трудом поднялся на ноги. Увидел на полу винтовку Ферта, быстро подхватил ее и высунувшись, дал короткую очередь в Тангера. Тот ловко подставил бронепластины «Палладина», а затем сам дал ответный выстрел из рельсотрона.
Мимо.
Винтовка Ферта сухо щелкнула.
Да эпические бабуины, что же такое, а?"
"Мне не оставалось ничего другого, как броситься на Тангера с голыми руками, для того чтобы нанести физический удар, такой же, каким я отработал Виктора.
И я уже бросился вперед, даже занес руку для удара, когда прятавшийся между камней десантник, дал прицельную очередь. Одна из пуль пробила и без того уже слабый щит и попала точно в правую голень, разворотив мясо.
Я вскрикнул, полетел на пол. Одновременно дал команду нанитам начинать регенерацию. Щит моргнул и рассеялся. Все, энергия ушла.
— Я тебя размажу! — растрескавшийся шлем Тангера полетел на пол. Глухо звякнуло. Полковник шагнул ко мне, дал неприцельный выстрел.
Почти попал. Из-под моей щеки выстрелило облако мелких черных камней, повредив кожу и мышцы. Больно, просто ужас. Во рту ощутил теплый, металлический вкус, а на зубах захрустели осколки камня.
Полковник хотел выстрелить еще раз, но рельсотрон решил иначе. Контроллер оповестил, что мощности батареи недостаточно для совершения выстрела. И тогда Тангер, заревев от ярости словно раненый бегемот, перехватил ствол как дубину, рассчитывая обрушить его на мою голову.
