– Нравится бить слабых, да? Ублюдок, как тебе на месте Райли?
Повернувшись, я захлопнул входную дверь и ещё раз пнул его ногой по спине.
– Замолчи, пока ещё не получил, – прошипел я.
В коридоре, держась за стену, появилась женщина. Под растянутой выцветшей футболкой был виден её крупный живот. Я замер, увидев её. Чёрт, только не это… Она беременна. Неужели от этой мрази? Ещё один ребёнок, обречённый на страдания.
Бита выпала из рук. Я чуть было не застонал от безысходности. Почему такие вообще плодятся?! От гнева я заскрипел зубами и добавил смачного пинка низшему.
– Кто ты? – в ужасе спросила, по всей видимости, мама Райли. Голос у неё был тусклый, говорила она через силу, словно в горле что-то застряло. На острой скуле кляксой растёкся багровый синяк. От женщины пахло алкоголем, движения были вялыми, а взгляд рассеянным, но даже в таком состоянии она держалась за живот, будто хотела защитить нерождённого ребёнка. – Что тебе нужно? У нас ничего нет! – продолжала она, медленно сползая по стенке, а затем кое-как села рядом со скулящим мужчиной.
– Замолчи. Тебя не трону.
Я наклонился, взял его за волосы – он протяжно застонал, кровь заливала ему лицо – и приподнял голову.
– Ты бил Райли? – спросил я.
– Нет, нет, – испуганно затараторил он в ответ.
Грёбаный лжец. Не удержавшись, я ударил его кулаком в челюсть. Он заорал, а женщина умоляла меня остановиться.
– Если я ещё раз увижу тебя здесь, то оторву яйца, понятно? – прикрикнул я, беря биту в руки.
– Пожалуйста, не трогайте его! – рыдала мама Райли.
– Тебе понятно? – спросил я, игнорируя её всхлипы.
– Да! – заорал низший в ответ, вытирая лицо от крови.
– И ты больше никогда не поднимешь руку на ребёнка. Её ты тоже не тронешь. Если я только узнаю…
– Я никого не трону, об… обещаю.
Ткнув битой отчиму Райли в бок, я надавил со всей силой, наслаждаясь тем, как он страдал от боли.
– Сегодня ты свалишь отсюда.
– Да, да, – повторял он.
Я поднялся во весь рост и посмотрел на женщину. Мне никак не удавалось понять, почему она жила с этим низшим, ведь он бил её и Райли.
Но я не собирался лезть так глубоко в их проблемы. Сам утопал по горло в собственных. Наскоро вытерев испачканную ладонь о джинсы, я с фальшивой непринуждённостью спросил, указав на её живот:
– Кто там? Мальчик или девочка?
– Я… – она держалась слабыми руками за мужчину, – не знаю.
– А когда узнаешь?
– Надо, – неуверенно пробормотала она, напуганная моим интересом, – на УЗИ сходить.
– Так сходи, – проворчал я.
