Под чёрным пуховиком на мне был взятый напрокат тёмный костюм, узкий в плечах, отчего я постоянно чувствовал сковывающий тело дискомфорт. Я жаждал поскорее проститься с Райли, стянуть неудобные вещи, чтобы забиться куда-нибудь в угол и в компании алкоголя дать волю накопившимся эмоциям.
Скэриэл выглядел как человек, убитый горем, словно он потерял близкого родственника и необъятная скорбь съедала его изнутри. Меня терзали смутные сомнения. Я настолько привык к маскам, что уже не различал искренности в его поступках.
Всё время казалось, что он играет ту или иную роль. Скэриэл остановился у свежевырытой ямы и долго всматривался в отполированную крышку гроба, прежде чем тоже бросить горсть земли.
Те немногие дети из «Дома Спасения и Поддержки», которые пришли проститься с низшим, чувствовали себя неловко. Они жались друг к другу, словно слепые котята в мороз. Зябли, пытаясь противостоять сильному ветру. Их щёки и носы покраснели, а тонкие ноги подрагивали. Кто-то умудрялся пританцовывать, чтобы согреться.
Они бросали любопытные взгляды на гроб, а затем вновь разглядывали свои прохудившиеся ботинки. Единственной, кто не смог сдержать эмоции, была Валери. Она безмолвно плакала, уткнувшись в грязный платок.
Скэриэл взял все траты на себя. Он выкупил место, находившееся ближе к Центральному району. Земля в этой части кладбища стоила так дорого, что даже Эдвард первое время не мог унять своё недовольство.
– Ты видел цены, Скэриэл? Мальчонку не вернуть, а ты хочешь все деньги на него потратить, – возмущался он.
В таких спорах я обычно не участвовал. Деньги не мои, и не мне решать. Но Эдвард был другого мнения. Он занимался нашими финансами, и сумма, выделенная на Райли, казалась ему космической.
– Одумайся, – настаивал он. – Что сделано, то сделано. Но это слишком. Мы не можем так тратиться на одного низшего.
Массивный гроб из дуба с двойной крышкой действительно выделялся своим видом. Райли в нём смотрелся инородно, но я запретил себе об этом думать.
Эдвард разобрался с полицией, приплатил им, так что было проще закрыть глаза на насильственную смерть и воспринимать всё как несчастный случай. Даже наш «Дом Спасения и Поддержки» не засветился на страницах протокола. Родители Райли не требовали вскрытия, расследования и никак о себе не напоминали, после того как Эдвард посетил их с приличной суммой денег в качестве компенсации.
А после, закончив с церемонией, Скэриэл уехал в Центральный район Ромуса.
