Книга Реки не замерзают — читать онлайн бесплатно полностью

Тот же продолжал пьяно

гундосить свое:

— Что за башня,

говорю, никак Останкинская? Упала что ли? Не может быть! Она же во… железная! —

Коля Маленький смачно рыгнул, еще более отравив воздух.

Филиппыч молча

покачал головой и отвернулся, спасаясь от невыносимого сивушного смрада.

Впрочем, Колю тут же подхватили старушки и вытолкали взашей. А Филиппыч думал:

“Вот оно, оно самое… мой сон… точно так и я думал: все виноваты… Вот секрет!

Жалко Иван так и не узнал, вернее, слишком поздно, поздно узнает…”

* * *

На поминки Филиппыч не

пошел.

Кузьмина, как спляшет гопака Коля Маленький (ведь обязательно спляшет!),

вспомнил премерзкий вкус местного самогона, так что горло разом перехватило —

все это живо себе вообразив, он попросил племянницу Зинулю проводить его до

дома. Она и довела до самой почти скамейки. В сенцах Филиппыча повело, он

оступился, шагнул как-то не так, немного не в ту сторону, запутался ногами в

какой-то рухляди и упал в темноту, загремев пустыми ведрами.

ведь как бывает! Ему показалось, что путь к кровати вылился в безконечно долгую

историю с какими-то невнятными шептаниями, всполохами непонятных, словно чужих,

воспоминаний, просто рваными клубами черного тумана, а в правом боку невыносимо

болели ребра, и темнота то и дело взрывалась снопами ярких злых искр.

Филиппыч проболел целую

неделю, временами (в первые три дня) впадая в бредовые состояния.

какой-то деготь вспоминал, — рассказывала после Зинаида, — руки, кричал, у всех

в дегте, звал отца Иннокентия, вот я и привела”. И действительно ведь привела.

А было дело так…

Первым пришел Петруня с

потертым батюшкиным портфелем, подошел к Филиппычу, сочувственно что-то

пробормотал и тут же засуетился, забегал, вовлекая в эту суету и Зинаиду.

— Скатерть чистую давай, —

командовал он, — лучше новую, если есть, ведь таинство святое будем свершать…

— Откуда у деда новое? —

оправдывалась Зинаида.

— Блюдо с зерном, чтобы

свечи ставить и лучины, — перечислял Петруня, потом, вспомнив, крикнул уже ей

вдогонку: — Да, а масло и кагор? Про них тоже не забудь.

Филиппыч только дивился,

затаившись в своем углу. Его никогда не соборовали, поэтому все было

непонятным. Появился отец Иннокентий, высокий сутулый, лет сорока пяти, с

задумчивым лицом учителя литературы.