У меня была война с братом! Всю жизнь из-за него пропущу, ей-богу!
Засыпая после изматывающего марафона, надеялась уже утром отправиться с Эриком под венец, а потом в кровать для продолжения и закрепления моего решения о браке.
Но… утром, проснувшись, обнаруживаю свои вещи аккуратно сложенными на стуле, а себя в кровати – одну… Совершенно одну на огромной кровати. И вообще в комнате. Но… частично одетую.
И когда успела?
Вроде без сил спать легла и даже не успела трусики натянуть на себя…
Оглядываюсь вокруг, рассчитывая, что парень просто… вышел за кофе.
Или не знаю, по телефону поговорить, но, прождав его минут десять, решаю позвонить. Нахожу телефон на этой стопочке и набираю Эрика.
– Эрик, ты где?
– Дома! – рявкает зло.
– Почему меня не разбудил? И вообще одну оставил? – возмущаюсь.
– В смысле? Я тебя с Томом оставил. Сам уехал сразу же, как только ты меня облила, – злится отчего-то ещё сильнее. – Меня охрана клуба выперла.
– Что? Не поняла?!
– Ну там кто-то дрался и они меня за одного из них приняли и выперли, – рассказывает раздражённо.
– Благо в ментовку не забрали. Домой поехал.
– А с кем я тогда… – задумчиво тяну вслух. – О боже!..
– Не знаю о чём ты, но давай потом, – будто намеренно завершает разговор со мной. – Мне в дверь кто-то стучит.
– Ага… – тяну и отключаюсь.
Мне кажется, или вчера дверь была справа от кровати, а не слева? И… окно светило на другую часть экрана? И пахло в комнате иначе… Здесь вообще ничем не пахнет.
Если Эрик ушёл из клуба, то с кем я… переспала?
О боже! Я отдала свою девственность незнакомому мужику.
Офигеть!
Что теперь делать?
Стоп! В клубе есть камеры! А мой брат – владелец этого клуба! Получить запись проще простого, но… не когда ты Алиса Лапина, его сестра.
Мне нужен шпион!
Катя! Мне нужна Катя! И она мне сегодня не откажет, потому что у меня день рождения, чёрт возьми!
Рустам
Голова адски трещит, словно мартышки всю ночь на барабанах в ней играли.
С трудом разлепляю глаза и тут же натыкаюсь взглядом на сидящего на стуле дядю, роющемся в телефоне.
Аккуратно сложив ногу на ногу, лупится в экран, и явно дожидается пока я проснусь и он начнёт мне читать нотации. Хотя это обязанность матери, но порой он её замещает.
– Карим?
– Проснулся, – дядя откладывает телефон в сторону. – Таблетка и вода, – подаёт мне с тумбы стакан и пилюлю.
– Я перебрал, – признаюсь, выпивая предложенное и отмечая, что я… голый.
Чёрт! Ничего не помню! Вроде, когда с Сашкой расставались, я одетым был.
