– Тетя Неля?
- Твой отец был бы очень счастлив, - спустя пару секунд все-таки выжимает из груди. По дребезжащим интонациям понимаю, что она действительно растрогалась. – Мой брат так мечтал увидеть внуков, хотел, чтобы у тебя была большая семья. Жаль, не дождался, - запинается, вспоминая его, и в этот момент я тоже думаю о папе. Чертовски не хватает его. - Но он знал, что у вас настоящая любовь с Ксюшей, хоть видел ее только мельком или на фотографиях. Говорил мне незадолго до смерти, что спокоен за тебя, потому что ты нашел свою судьбу.
Не ошибся. Поздравляю, Матвей, я так рада за вас…
- Ты сказала, мы несовместимы, - перебиваю ее.
- Я просила привести на обследование Ксюшу, а не скрывать от нее все, Матвей! Я вообще была против того, чтобы проводить какие-либо манипуляции за ее спиной! – повышает тон. - Но ты упертый! А я очень хотела вам помочь. Несовместимость – это единственное, что можно было предположить, исходя из вводных, которые у меня были.
- Но… - шумно сглатываю, ощущая сухость во рту.
Тянусь за водой, сбиваю крышечку с бутылки.
- Разве я не говорила тебе, что при несовместимости возможно зачатие, просто шансы маленькие? – поучительно повторяет то, что я и так слышал. Но не верил в удачу. До вчерашнего дня, когда Ксюша показала мне тест и справку о беременности. Пока я расплываюсь в блаженной улыбке, тетя вдруг грозно рявкает на меня. - В чем ты хочешь меня обвинить?
От неожиданности давлюсь глотком минералки, брызгаю водой на рубашку, роняю несколько капель на брюки возле паха.
Кашляю, ругая себя за неосторожность.
- Кхм, прости, - искренне хриплю в трубку, пока Нинель не успела обидеться.
- Мать в курсе? – неожиданно цедит она.
- Нет, мы не общаемся, - с грохотом отставляю злосчастную бутылку.
- Не спеши делиться с ней новостью, - медленно тянет, будто хочет сказать мне что-то неприятное, но осторожничает. Щадит меня, жалеет, не желает огорчать.
- Почему? – хмурюсь, промокая влажные пятна салфетками. В голову приходят те моменты, когда я переодевался в ресторане.
Неосознанно подставлял сам себя, позволяя Свете проворачивать подлые мерзости с помадой и презервативом. Она мастерски превращала меня в изменника в глазах Ксюши, но… о шраме точно не могла ей написать. Никто не знал о нем на работе. - Ты ее в чем-то подозреваешь?
- Только в том, что ребенок от Ксюши ее точно не порадует, - от ее уверенной, жестокой фразы у меня мороз проходит по коже.
- Ты что-то путаешь.
