— Не слишком ли вызывающе?
— В этом и смысл, — выхватывает из моих рук яркое бикини и плывет к стойке, — мы берем этот.
— И белый тоже берем! — семеню за Ией.
Консультантка с милой вежливой улыбкой аккуратно заворачивает купальники в тонкую бумагу, и я украдкой шепчу Ие на ухо:
— У меня планы на этот отпуск.
— Какие? — разворачивается ко мне.
— Я готова ко второму…
Ия непонимающе вскидывает бровь:
— Речь о смелых экспериментах? Вы решили с Матвеем…
— Нет! — охаю я и краснею. — Малыша хочу! Ия! Ты чего!
Она приподнимает бровь выше:
— Малыша?
Блин, наверное, не стоило ей говорить, ведь она уже не первый год по врачам бегает, но если не с ней поделиться своим волнением, то с кем тогда?
— Наконец-то! — ее лицо озаряется улыбкой, и она притягивает меня к себе, чтобы обнять.
— Долго же ты готовилась, Ада. Ты уже как минимум с тремя должна была быть.
А мы хотели с Матвеем встать на ноги. Я — профессионально подняться, он — расширить фирму. И только вот на днях мы с ним сели и поговорили, что мы опять готовы нырнуть в пеленки, крики и бессонные ночи.
Вместе, как это было с Лилей.
— Я так счастлива за вас, — Ия вглядывается в мои глаза. — И как же я опять хочу увидеть Матвея всклокоченным, сонным и с орущим дитем на руках.
— Я тоже, — смеюсь я.
***
— Мам, — Лиля трет нос. — Или он к ней поехал?
— Садись, — придвигаю кружку с какао к краю стола.
Лиля втягивает голову в плечи, и садится за стол.
— Мам, что теперь будет с нами?
***
— Как не едет? — охает Ия.
— Вот так, — делаю глоток чая.
— Сделку должен закрыть. Пастухов затопал ножками.
— Да пусть он идет в пешее эротическое, — кривится.
— Это не тот человек, которого можно послать в пешее эротическое, Ия, — вздыхаю я. — Он сам кого угодно пошлет, а потом сверху добавит. Честное слово, лучше бы Матвей мелким нотариусом был и просто печати ставил. Сейчас он…
— Серьезный человек, — Ия подпирает лицо кулаком, — с хорошими связями.
— Ага, и скоро он от этих хороших связей поседеет или полысеет.
— Ты его и лысым будешь любить.
— Куда я денусь, — отставляю чашку.
— Будешь ему его лысину смазывать, что красиво блестела и ослепляла всех вокруг.
Я смеюсь, ведь это очень похоже на правду. Буду за Матвеем бегать с баночкой крема, а он яростно отбиваться. Потом он сдастся, потому что я буду очень упрямой.
— Может, нам остаться? Потом все вместе полетим? — задумчиво провожу пальцем по краю чашки.
— Когда? У тебя учебный год там начнется, — Ия хмурится. — Да и Лиля уже настроилась.
