Я тут же прижимаю ее к себе.
Алеся обнимает меня за шею, кладет голову мне на плечо и тяжело вздыхает. Чувствую, как постепенно она расслабляется, поэтому перехватываю крепче.
Алена с любовью смотрит на свою дочурку. Но слезы все еще стоят в ее глазах.
— Все будет хорошо, — шепчу, не зная, к кому конкретно обращаюсь: к ней или к себе.
Но когда вижу неверие, смешанное с благодарностью на лице девушки, сразу понимаю, что, кажется, к обоим.
Не говоря ни слова, мы доходим до подъезда. На лифте поднимаемся на четырнадцатый этаж.
Стоит нам зайти в квартиру, няня, тучная темноволосая женщина, сообщает, что Маришка, чему я очень рада. Нам предстоит тяжелый разговор с Аленой, не хотелось бы, чтобы девочки его слышала. Да, они еще слишком маленькие, но мало ли, что может отложиться на их подсознании.
Поэтому, когда слышу сопение под ухом, облегченно вздыхаю. По длинному коридору с бежевыми стенами прохожу мимо кухни, гостиной, нашей с Марком спальни, и захожу в розовую детскую с мягким полом и шкафом во всю стену с игрушками.
Моя девочка в белой пижамке с цветочками спит в большой для нее кровати с бортиками. Мы с Марком решили не ставить люльку, чтобы она привыкала сразу к спальному месту. Поэтому места для Алеси в ней точно хватит.
Аккуратно раздеваю дочку Алены и Германа, кладу рядом со своей. Накрываю обоих девочек розовым одеялком, после чего целую Маришку в лобик и разворачиваюсь.
На мгновение замираю, замечая Алену в проходе. Она прислонилась к косяку, словно ноги ее совсем не держат, смотрит на девочек и выглядит такой печальной, что возникает желание обнять ее.
Видимо, произошло что-то серьезное, раз невооруженным взглядом видно, как силы покидают девушку.
У меня состояние не лучше. Наверное, поэтому меня не покидает ощущение, что мы подруги по несчастью. Но возможно, это все мое воображение, ведь мне все еще настолько больно, что лишний вдох удается сделать с огромным трудом.
— Пошли на кухню, я чай сделаю, и ты все расскажешь, — улыбаюсь уголками губ, подходя к Алене.
Она еще как-то время смотрит на свою дочь, после чего поднимает взгляд на меня. Кивает. Видимо, слова ей удается выдавить из себя с таким же трудом, как и мне.
Поэтому мы ничего говоря, мы обе выходи в коридор, и я плотно закрываю за собой дверь. Отпустив няню, мы устраиваемся на кухне, которая сделана полностью из дерева. Огромное, почти во всю стену, двойное окно хорошо освещает небольшое пространство.
