— Хорошо, кто из них знал, где ты хранишь медали и ордена Василия Геннадьевича? Или, может, кому-то рассказывала об этом?
— Кирилл, да всё же было на виду, не в сейфе и не в тайнике. Картины висели на стенах, медали — в шкафу на кителе мужа. Всякие раритетные штучки находились в серванте. Специально об этом никому не говорила, но кто его знает…
Она тихо заплакала, вытирая глаза своими морщинистыми кулачками.
— Успокойся, всё будет хорошо, — подошёл к ней Кир и присел на корточки, — найду я дядины медали.
— Да где же ты найдёшь? — всхлипнула тётушка. — Не для того воровали, чтобы их нашли. Уже все, наверное, проданы.
— А я всё равно найду, — упрямо повторил Кир.
Его ли слова внушили надежду, или Галина Васильевна заметила стоящего за моей спиной Стёпу, но как-то враз успокоилась.
— Ты кто? — спросила она, вглядываясь в лицо малыша.
— Стёпа Петров.
— Петров? — оживилась Галина Васильевна и с нашей помощью осторожно присела на кровати.
— Да.
— А кто твои родственники?
Пошли привычные вопросы, которые при первой встрече Галина Васильевна задавала и мне.
Я решила, у неё вообще пунктик насчёт этой фамилии — Петровы.
— У меня нет никого. Мама и бабушка умерли в прошлом году.
— Сочувствую, ребёнок, это так страшно терять близких. А с кем же ты живёшь?
Стёпа посмотрел сначала на меня, потом на Кира и пробормотал:
— В детском доме.
— Но это пока, скоро будет жить… в нашей квартире, — сориентировалась я, обойдя до поры до времени неприятную тему. Нечего расстраивать больную женщину.
Кир вопросительно взглянул на меня, но ничего не сказал.
— Они жили в этом городе? — продолжила допрос Галина Васильевна, снова обращаясь к Стёпе.
— Да. На улице Мечникова.
— А как их звали?
— Маму — Светлана, а бабушку — Алиса Витаминовна. Ой, как его… — малыш силился вспомнить правильное отчество.
— Вениаминовна? — поправила тётушка.
— Да, Ве-ни-а-ми-но-вна, — с трудом повторил Стёпа.
— А что ты знаешь о дедушке? — продолжала задавать вопросы Галина Васильевна, становясь всё более напряжённой.
Неужели Стёпа из семьи тех самых родственников брата, которых она ищет?
— У меня нет дедушки. Он был, конечно, но давно умер, ещё в Германии, я его никогда не видел и фотографий тоже не видел.
— В Германии? — разочарованно протянула тётушка. Что-то у неё, должно быть, не сходилось. — А сколько лет было маме, когда она умерла?
— Двадцать девять. У неё день рождения первого августа, а пятого августа мама умерла.
