Не изработалась дамочка на ниве просвещения, потому возраста не чувствует — всё считает себя молоденькой барышней.
Пообещав Оле и Стёпе звонить как можно чаще, вернулся на работу, поскольку требовалось согласовать некоторые вопросы по задержанию особо опасных преступников. Разрабатывали эту операцию совместно с конторскими в строгой секретности.
Часа через два выгоревший эмоционально и уставший физически приехал домой, нехотя открыл дверь — возвращаться в свою квартиру совсем не хотелось. Со мной, пожалуй, это было впервые, ибо с женой предстоял сложный разговор, и я не представлял, чем он закончится.
— Ну что, Валерия, поговорим?
— Конечно. — Она встала из-за стола, за которым сидела до этого, и отодвинула от себя ноутбук. — Что ж, начнём с тебя?
— Нет, с тебя."
"Я не стал переодеваться в домашнюю одежду, в чём был, в том и рухнул на диван. Ко мне подлетел пёс и, как обычно, начал требовать внимания. За пару дней, развлекаясь в одиночестве, научил его подавать лапу. Но сейчас было не до игр. Я бросил взгляд на собачью видеоняню и понял, чем занималась, сидя за ноутбуком, Лера до моего прихода.
— И что ты там обнаружила? — усмехаясь, кивнул на гаджет.
— В том-то и дело, что ничего, — раздосадовано ответила она.
— Искала на меня компромат?
— Скажу честно: искала. И запуталась. Понимаешь, — задумалась она, — со мной происходят какие-то странные вещи. — Я молчал, ожидая признания жены в том, как она, точнее её бывший возлюбленный, установил в моём смартфоне сущую безделицу — многофункциональное приложение для прослушки телефона.
Но Лера молчала, подыскивая нужные слова и вскоре, видимо, нашла: — Если быть краткой, я пришла к выводу: либо ты святой, ни в чём не виноват, и я подозревала тебя зря, либо виноват другой человек, но тогда он оказывается подлецом, а я в лучшем случае — наивной и легкомысленной. Вот дилемма, да?
— Выходит, было бы лучше, если бы я оказался подлецом?
Лера замотала головой: нет.
— А когда с тобой начали происходить странные вещи? — уточнил я.
— После того, как ты героически, порывшись в моём смартфоне, установила незаконную аппку?
— Это не я.
— Даже не сомневаюсь. У тебя же голова закружится, и рука не поднимется совершить такое, а если поднимется, то от страха будет трястись так, что на нужную сенсорную кнопочку всё равно не попадёшь, просто фобия какая-то, которую ты никогда не можешь победить. И профессия не спасёт. Эмоции можно научиться скрывать на сцене, а вот в реальной жизни всё по-другому.
