Ты оставил от меня лишь призрак! И самое противное, что ты стережешь эти «объедки» лишь из чувства собственности! Я не нужна тебе!
— Не нужна? — медленно повторил он, склоняя голову на бок, и вдруг процедил неприязненно: — Я бы все отдал, лишь бы ты коснулась меня снова! Если бы легла со мной в постель, позволила быть рядом! Я смотрю на тебя каждый день, трахаю кого-то, представляя, что это — ты! — Он рывком поднялся и сделал разделяющий нас шаг, нависая надо мной. — Ты стала только прекрасней в своем сопротивлении и упрямстве! Несломленная ледяная королева падшего королевства… Ты — мой самый ценный приз, который я никому не отдам! И не позволю трахать! Я оторву этому твоему любовнику руки за то, что он тебя касался.
А потом и все остальные части тела. Надеюсь, он проживет достаточно, чтобы его башка стала последней!
— Тебе все же нужно лечиться, — просипела я, леденея от страха внутри.
— Ну так вылечи меня. — Он рывком схватил мою руку и прижал ладонью к своей щеке. — Да, я — монстр.
Но только ты — мое лекарство. Никогда не думала, сколько всего ты могла бы получить, если бы перестала меня отвергать?
— Мне ничего от тебя не нужно, — дернула я рукой, но он сжал ее до боли.
— Не будь так уверена. Я умею находить то, что тебе все же может от меня понадобиться.
Он выпустил, а я вжалась в стенку.
— Чёрт, как же ты красива, — выдохнул он, качая головой. — И как же я позволил вам двоим обвести меня вокруг пальца?
— Не трогай Вереса, — прошептала я.
— А, так тебе все же от меня что-то нужно? — состроил он удивление. — Думаю, тебе не помешает тут посидеть и подумать, может ещё что-то понадобится.
— Ты — скотина, Айзатов! — вскричала я, вскакивая, а он шагнул ко мне, схватил за шею и вжался губами в мои, жадно целуя.
— Пусти! — задергалась я, пытаясь его оттолкнуть, но проще было бы подвинуть стенку.
В какой-то момент меня затопило паникой, и я неожиданно для себя со всей силы укусила Славу за губу, параллельно вцепившись ногтями в его лицо.
Он зашипел и отшвырнул меня спиной в стенку.
— Сука бешеная, — прошипел он сквозь ладонь, ощупывая поцарапанную физиономию. — Но ничего, тебя тут быстро успокоят.
И он прошел к двери, дергая её к себе со злостью, а я осталась в одиночестве…
43
— Жди, — тихо скомандовал я Питеру и обернулся.
Пес сидел бесшумно на заднем сиденье машины Ярослава, но когда наши взгляды встретились, коротко заскулил.
Мне нечем было его успокоить.
