Вы станете полноценным членом команды и научитесь разбираться в гораздо более интересных случаях патологий и заболеваний, чем раньше. У нас тут собираются довольно яркие кейсы…
— Звучит как мечта, — осторожно улыбнулась я.
Краморов задумчиво посмотрел мне в лицо.
— Я знаю, что вы замужем, — заметил вдруг. — Вас не смущает перспектива внеурочной работы в больших объемах? У вас нет в планах чего-то такого, что может быть несовместимо с перспективами?
— Нет, — перебила я его. — Мы с мужем на пути к разводу, и каждый занят своей карьерой.
Краморов озадаченно замолчал, продолжая изучать мое лицо.
— Хорошо, — кивнул, наконец. — Тогда, пойдемте, покажу вам ваш кабинет. И, кстати, с вашим коллегой вы сегодня уже виделись, — бросил он, выбираясь из-за стола, а у меня пересохло в горле.
— Бесовецкий? — выдавила я изумленно.
— Рады? У него многому можно поучиться, правда? — довольно кивнул Краморов. — Пойдемте.
16
Хорошо, что он не стал дожидаться моего ответа. Я бы все равно не смогла изобразить радость и энтузиазм, которого требовала ситуация.
Ну почему Бесовецкий? Нет, конечно, он продемонстрировал крутой навык систематизации и анализа разрозненных данных по диагнозу… но это ещё не делает из него гения. Краморов что, хочет нас столкнуть лбами? Думает, что я буду работать катализатором между ходом дела и гениальными выводами Бесовецкого? Собирать информацию, чтобы этот гений только у стенки сидел и выдавал блестящие заключения? Да ещё и с таким видом, будто я — полная идиотка?
— Надя?
— А? — очнулась я, обнаруживая себя в тех же дверях, в которых оставила сегодня сенбернара.
— Проходи, — посторонился Краморов и посмотрел в сторону Бесовецкого. Тот стоял у окна с чашкой, повернув к нам голову. — С Надеждой Яковлевной вы уже знакомы.
— Здрасти, — глупо кивнула ему я.
— Изучили договор, Верес?
— Нет, — перевел он взгляд на Краморова. — Но вы сказали, что есть пациент…
— Тогда подписывайте договор и идите к пациенту.
— Уже подписал.
И Бесовецкий направился к выходу, опустив чашку со стуком на стол.
Я нерешительно зашагала за ним.
— Второй этаж, палата К-2! — прозвучало нам вслед, когда мы вышли в коридор.
Бред какой-то. Вот так с места в карьер? Пес, кстати, за нами не пошел. Видимо, у него появилась новая точка ожидания. И я бы предпочла остаться с ним и подождать итоги этого забега, но, кажется, именно Бесовецкий определял скорость и вектор работы нашего дуэта. Лифтом он не воспользовался, пришлось бежать за ним по ступеням.
