Еще не придумали ту волшебную пилюлю, которая могла бы нейтрализовать урон от предательства. Тот, кто ее изобретет – озолотится.
Субботин позвонил спустя полчаса.
Я смотрела на фотографию его улыбающейся физиономии и давилась горьким разочарованием.
Такой же, как мой отец. Предатель…
Можно было не отвечать. Включить игнор, кинуть его в черный список, но зачем? Это все игры, провоцирующие дальнейшие поползновения в мою сторону. Мне этого не надо. Мне ничего больше не надо.
Поэтому я ответила:
— Слушаю.
Мой голос прозвучал почти обычно.
Субботин не заметил ни надломленности, ни дрожи, ни того холода, который ширился во мне.
Сам Макс был на взводе. Напряженный. И это сквозило в каждом слове.
— Привет еще раз. Не мог ответить, извини. Не слышал.
— Бывает.
— Давай вечером сходим куда-нибудь? — внезапно предложил он, — говорят, в центре открыли новый ресторанчик. Я закажу столик…
— Не надо. Лучше расскажи, как прошла встреча с Мариной.
— С какой Мариной? — не понял он.
Ах, да. Это же не подружайка моя ненаглядная, хоть и похожа.
Наверное, теперь все они для меня будут Маринами.
— Ну, может не Мариной, а Таней, Аней, Машей, Глашей. Прости не знаю, как зовут ту, которую ты облизывал в Синей Розе.
В трубке повисла растерянная пауза:
— Даш, я не…
— Не смей говорить, что не понимаешь, о чем я. Я была там. В тот самый момент, когда ты якобы не слышал мой звонок. Стояла в двух метрах от вас и смотрела… — голос все-таки сел, а боль, которую я старательно отпихивала от себя, обрушилась неудержимой лавиной.
Предатель! Я ведь поверила тебе! Несмотря на свои страхи, поверила! Ты даже не представляешь, чего мне это стоило, а ты…
— Я не облизывал ее, — хрипло возразил Субботин.
— Мне все равно, как ты это называешь.
— Даш, послушай. Это какая-то нелепица.
— Наши отношения – вот настоящая нелепица, — глухо ответила я.
Снова пауза. Теперь надрывная и испуганная:
— Я представляю, как это выглядело со стороны. Но я никого не облизывал, она сама…
— Ты понятия не имеешь, как это выглядело со стороны.
Интересно у тебя все деловые встречи такие? Или только эта?
— Даша, прекрати. Все не так. Я заберу тебя с работы и поговорим.
— Я не на работе, и говорить нам с тобой не о чем.
— Где ты?
— Это больше не твое дело.
— Где ты? — упрямо спросил он.
— Все, Субботин. Больше никаких разговоров. Забудь этот номер.
— Даша, блин, просто скажи, где ты.
— Нигде. Меня больше нет, — я сбросила звонок, и все-таки убрала номер Максима в черный список.
