Все вокруг казалось зыбким, неправильным, потонувшим в мареве сомнений.
Я сомневалась во всем. В Максе, в своих решениях, в том, что видела своим собственными глазами, в самой себе.
Меня швыряло из крайности в крайность. То я хотела отправиться к врачу прямо сейчас и поставить точку в этой истории, перечеркнуть будущее, которое у нас могло быть, разрушить его до основания. То на меня накатывала ярость, и я была готова отправиться к Марине и закончить то, что когда-то не смогла — выдрать ей все патлы и расквасить физиономию об стену.
Я была уверена, что все это – лишь козни бывшей подруги, а через секунду уже рыдала, матеря себя на чем свет стоит из-за того, что ищу какие-то оправдания изменщику. А потом снова откат и надрывная надежда, что никакой он не изменщик. Сердечко не хотело в это верить, всеми силами упиралось, не желая принимать такую правду.
Да и правда ли это?
Мать была непреклонна — во всем виновата Марина. Ее вера в это была абсолютна и непоколебима.
И словами не передать, как мне хотелось хотя бы капельку этой уверенности для себя. Такой же твердой и бескомпромиссной.
Макс обивал пороги моего дома, прохода не давал и все время оказывался поблизости. И душа все так же замирала, когда я видела его, но…проклятое «но» перечеркивало робкие попытки договориться с самой собой.
Мужчины изменяют. Я знала это. Я видела это своими собственными глазами, в том самом доме, где прошло мое детство. Пусть тогда изменили не мне, но гадкая картина навсегда осталась в моем сердце, причиняя боль, разрушая веру в хорошее.
Я была на распутье.
С одной стороны отец, который показал мне неприглядную изнанку мужских желаний, а с другой стороны мама, которая несмотря ни на что верила в людей и говорила, что не все одинаковые, не все предают.
Я не знаю, как ей удалось сохранить себя. Не озлобиться, не превратиться в одну из тех блеклых женщин с несчастными злыми глазами, которые при каждом удобном случае авторитетно заявляли, что все мужики сволочи и кобели.
Несмотря ни на что, она верила. Верила Максу. Верила в нас.
Ее вера держала меня на плаву. Была той соломинкой, за которую я отчаянно цеплялась, чтобы не сорваться в бездну.
Если она, преданная и увидевшая предательство своими глазами, смогла переступить и идти дальше, то и я смогу? Так ведь?
Страшно было до дрожи.
Я боялась ошибиться, поверить в то, что Макс невиновен….
