Ахмед нервно засмеялся первым.
– Мам… папа… Мы что, теперь будем ещё и няньками?
Иса вдруг хлопнул в ладоши.
– Ура! Это значит, что я больше не младший!
Алия подскочила и подошла ко мне.
– Мам, это правда?
– Правда, – тихо сказала я, обнимая её.
Но Адам всё ещё молчал.
Он поднялся из-за стола и медленно подошёл ко мне.
– Марьям… – его голос был хриплым. – Ты счастлива?
Я кивнула.
– Да.
Он осторожно взял мою руку и сжал её, как будто боялся, что я исчезну.
– Это… чудо, – наконец выдохнул он.
Я улыбнулась, но слёзы уже катились по щекам.
– Ты не против?
Он усмехнулся и покачал головой.
– Я не против. Я… счастлив.
Ахмед фыркнул.
– Папа, в твоём возрасте… серьёзно?
Адам обернулся к сыну с тем самым строгим взглядом, от которого всегда хочется замолчать.
– Ахмед, – сказал он твёрдо. – Ребёнок – это всегда счастье.
Алия рассмеялась и обняла меня крепче.
– Мам, ты самая удивительная женщина на свете.
Иса подпрыгнул от радости.
– Папа, теперь у нас будет малыш!
Адам снова повернулся ко мне и притянул меня к себе.
– Спасибо, – прошептал он. – Спасибо за этот шанс.
Я обняла его в ответ и тихо сказала:
– Мы начали всё заново. И теперь всё будет иначе.
Он кивнул, смотря мне в глаза.
– Мы справимся, Марьям. Вместе.
И я поверила ему.
Потому что теперь у нас была не просто семья.
У нас было будущее.
Адам
Когда Марьям сказала, что ждёт ребёнка, я замер.
Её слова эхом звучали в голове.
Она беременна. Мы снова станем родителями.
Я стоял, глядя на неё, и впервые за долгое время не знал, что сказать.
Радость смешивалась со страхом и чувством вины.
Ахмед что-то шутил про мой возраст, Алия обнимала мать, а Иса прыгал вокруг стола.
Но я видел только её.
Марьям. Женщину, которую я едва не потерял.
Женщину, которую я предал своими глупыми решениями и уязвлённой гордостью.
И теперь передо мной стояла та же Марьям, что была со мной двадцать лет назад. Только теперь я видел её по-другому.
Когда шум за столом стих, я подошёл к ней ближе.
– Ты счастлива? – спросил я, боясь услышать её ответ.
Она посмотрела на меня удивлённо и кивнула.
– Да.
Я сжал её руку, и в этот момент внутри меня что-то сломалось.
Я должен сказать ей всё.
– Пойдём на улицу? – тихо предложил я.
Марьям бросила взгляд на детей, которые снова начали спорить, и кивнула.
Мы вышли в сад. Было прохладно, воздух пах приближающийся зимой. Я остановился у дерева и глубоко вдохнул.
– Адам?
Я повернулся к ней.
– Мне нужно объясниться.
