Я похудела, теперь кольцо почти слетает с пальца.
Оно будто намекает, что от него пора избавиться.
Не знаю, что мне с ним сейчас делать?
Оставить?
Вернуть?
Выбросить?
Сдать в ломбард?
Подушечка пальца задевает грани крупного бриллианта.
Помню, я чуть не грохнулась в обморок, когда Леша подарил мне обручальное кольцо с ТАКИМ бриллиантом.
Боже, оно же стоило целое состояние! Даже тогда…
— Тебя подвезти?
Муж бренчит брелком с ключами от автомобиля, будто я без этого жеста не догадаюсь, что он имеет в виду.
Испытываю небольшой укол раздражения, но потом понимаю банальную истину: не только я не знаю, что мне сейчас делать, но и Леша тоже озадачен.
Вот такой у нас получился развод.
Цивилизованный до жути, без криков, скандалов и козней.
Потому что до развода мы уже наорались, наскандалили…
Дети уже взрослые, им не придется выбирать, с кем остаться после развода.
Нам с Лешей даже имущество делить не пришлось, он щедро выделил мне половину всего, хотя мог бы упереться рогом и показать на то, что я работала не всегда, с большими перерывами, что я зарабатывала, до смешного мало, по сравнению с ним.
Но мой Леша не такой.
Он не жлоб, не скотина и не мудак.…
Просто мужик.
Слишком красивый и холеный мужик.
Просто кобель, которого обожают женщины.
Даже сейчас некоторые без пяти минут разведенки смотрят на моего…
Так, стоп! Больше не моего, да?
А теперь давай сначала.
Как глупо.
Я теряю мысль.
Было что—то…
Ах да… Лешу любят женщины, и, оказывается, это взаимно.
Леша любит женщин.
Не одну, единственную, как выяснилось…
— Лиз, тебя подвезти? — снова интересуется бывший муж.
Чёрт, а это звучит по—новому.
Бывший.… муж.
Интересно, как скоро я перестану забывать о слове бывший перед словом муж, и как скоро переведу Лешу просто в разряд бывший?!
— Спасибо, не надо.
— Ты же без машины сегодня.
Леша дотрагивается до моего локтя и настойчиво тянет в сторону своей тачки.
Обалдеть, какой крутой и дорогой тачки.
Той самой, в которой я нашла несколько улик.
Улика номер один — снятая обручалка в отсеке для мелочей.
Улика номер два — женские трусики в бардачке.
Улика три — вскрытая упаковка презервативов.
Снова начинает закипать что—то внутри!
Только этого мне не хватало. Я же была уверена, что все уже откипело, что кипеть больше нечему.
Но вот стоило вспомнить, с чего все начиналось, и внутри что—то шкворчит, и я, как чуть больше года назад, не могу спокойно смотреть на лицо Леши.
— Что—то не так? — интересуется он.
Бесит.
