Опускаюсь на деревянную, сырую скамейку, марая джинсы. Прикрываю веки.
Все эти годы мне долбили, что имя убийцы неизвестно. А теперь выясняется, что свидетелей множество. Среди них даже подполковник, человек, которому я доверяла. И ведь он и словом не обмолвился о возможном убийце… А что, если он был в доле, прикрывая зад Ямадаева. Потому и заботится обо мне, снедаемый чувством вины.
Соломон опускается передо мной на корточки. Аккуратно вкладывает в кармашек моей куртки флешку и складывает руки по обе стороны от меня.
– Лисёнок, я знаю, что тебе сейчас трудно. Я не мог рассказать всё раньше, рассчитывал, что сам смогу справиться. Но боюсь, что без твоей помощи не получится восстановить справедливость. Ты поможешь мне это сделать? Ради отца и брата.
Рассеянно смотрю на мужчину, которого знаю с детства. Бо́льшую часть жизни. Куда дольше, чем Шамиля. И оснований не доверять его словам не находится.
И ведь он говорит мне то, чего я столько лет от него добивалась. Так почему же я вдруг начала сомневаться?
– Все доказательства у тебя в руках.
Не веришь мне, поверь им.
Киваю, давая понять, что обязательно ознакомлюсь с документами.
– У меня нет доступа к его компьютеру. Это невозможно, – сухо замечаю.
Я даже ни разу не оставалась одна в его кабинете. То, о чём просит Соломон, невыполнимо.
Соломон лишь усмехается.
– У тебя есть власть над ним, Лисёнок. То, что он позволяет тебе, Ямадаев не позволял ни одной женщине. Уверен, что ты найдёшь способ вывести его на чистую воду.
О чём он, чёрт возьми!
Я тягостно вздыхаю, мечтая о завершении этого диалога.
В котором мой некровный дядя подталкивает меня на край пропасти. В постель к убийце моего отца.
Хочу, чтобы он поскорее убрался. Всё нутро выворачивает наизнанку от боли. И я едва способна сидеть и не реветь.
Соломон какое-то время молча наблюдал за мной. Я не смотрела на него, но чувствовала его пристальный взгляд. Не знаю, о чём он думал, но в его присутствии мне было не по себе. И когда он развернулся и направился к выходу, напряжение немного спало.
Сжимая папку, смотрела на фотографии отца и брата. Тоскуя по жизни, которой лишилась. И ощущая такое глубокое горе, которого не испытывала со дня их смерти.
Когда-то мне казалось, что отец может защитить меня от любой беды. А не так давно я решила, что Шамиль тоже на это способен.
Теперь же выходит, что я попала в руки к убийце отца, который возненавидит меня, узнав правду обо мне.
А я ненавижу его? Не могу понять.
