А все долги будут тут же забыты.
Он улыбается по-акульи, кивает в сторону реплики известного бренда. А я смотрю на этот логотип и думаю. Сколько мне дадут лет за то, что находится внутри неё, если меня поймают.
– Что там? – спрашиваю, не отрывая глаз от сумки.
Будучи дочерью преступника, я всегда видела грань между грехами. Теми, которые я готова заработать в свою копилку, чтобы потом вариться за них в котле на нижних этажах Ада. И теми, которые считала недопустимыми."
"Может быть, если бы не зависимость мамы, я относилась бы к наркоте проще.
Но, видя, как она день за днём забирает близкого мне человека, теряющего свою личность, стирающего её собственными руками, словно ластиком, – не могла.
Не желала в этом участвовать.
– Меньше знаешь – лучше спишь, Цветочек. Ты же умная девочка. Не задавай лишних вопросов.
Да, я всегда была смышлёной. И представляла, что меня ждёт, если решу отказаться. Но…
– А если я не хочу? – К чему догадки. Желаю точно знать.
Владимир с ехидной улыбочкой перекатывает по рту зубочистку.
Наслаждаясь ситуацией. Своей властью надо мной. Моим страхом, сочащимся из каждой поры.
Взгляд скользит по мне снизу вверх и обратно. Но в нём нет мужского интереса. Он лишь изучает, взвешивает меня, чтобы вынести вердикт.
– Он тебя убьёт, – заявляет вместо ожидаемого ответа, – и даже не поморщится. Если рассчитываешь, что Ямадаев спокойно примет тот факт, что дочка Ветрянского жила у него под боком, то зря. Не рискуй своей красивой задницей. Выполни поручение, и твоя тайна останется со мной.
А если сделаешь всё гладко, я и о долгах Вики забуду.
Цепляюсь за его слова, ощущая, что он знает куда больше, чем кажется. Больше, чем мне соизволил поведать Соломон.
– Что ты хочешь сказать? – делаю нерешительные шаги к его столу, пока не касаюсь его ногами, и вглядываюсь в выцветшие светлые глаза на усохшем лице. – Что произошло между отцом и Ямадаевым?
Наркоман вольготно откидывается на спинку кресла, щурится, словно ему не хватает диоптрий, чтобы заглянуть в меня поглубже.
До самой печёнки.
– Я всего лишь скромный бизнесмен, почём мне знать, что могли не поделить сильные мира сего, – Владимир пожимает плечами, однако ехидство скользит в каждом жесте. Он играет со мной, приоткрывая завесу тайны и тут же захлопывая её перед моим носом.
Опускаю взгляд, изучая грязный пол под ботинками. Времени нет. Необходимо делать выбор, иначе его сделают за меня.
Наверное, именно сейчас я осознала, насколько ничтожна моя жизнь. Насколько я в ней пешка.
