Его все устраивает, потому что он от тебя без ума.
— Да-да, я знаю… — вздыхаю, кусая губы.
— Выбрось из головы все сомнения и посмотри на меня, — Отстранившись, поворачивается ко мне всем корпусом и принимает театральную позу, — Я тоже из бедной семьи, но Сережа ни дня не пожалел, что женился на мне.
— А ты?
— А я — тем более! Я проживаю жизнь, о которой мечтала! Разве это плохо?..
— Нет.
— Я должна была работать медсестрой в каком-нибудь фельдшерском пункте у нас в райцентре, но вместо этого у меня модная галерея, интеллигентный муж и магниты из всех стран мира.
— Родители Сергея Николаевича не были против такой… невестки?
Юля, чуть подкатив глаза, тихо усмехается и подается ко мне.
— При наличии мозгов можно найти подход к любому человеку, — понижает голос до шепота, — даже к таким людям, как мои свекор и свекровь.
— Было сложно, да?
— Поначалу, потому что у них уже была на примете невеста для Сережи. Я буквально увела его из-под венца."
"Мама в разговорах о Юле не раз намекала на что-то подобное, называя ее «ушлой выскочкой», но я, зная, как она недолюбливает золовку, не обращала на это внимания.
— Ого!..
— Но тебе волноваться не стоит. Соперниц у тебя нет, да и со свекровью откровенно говоря — повезло.
Мари Бжезинская давняя и очень близкая подруга Юли. Они познакомились, когда их мужья работали в одном дипконсульстве, почти двадцать лет назад. Увлечение искусством моя тетя переняла именно от Мари. Та тоже владеет двумя огромными известными галереями — в Варшаве и в Санкт — Петербурге.
Сейчас они планируют совместный проект в Москве. Модное арт-пространство — «АртХаус FUTURE».
Вероятное место моей работы после того, как я получу диплом.
Наши с Мари отношения ровные и довольно теплые. Она называет меня Варенькой или Барбарой на польский манер и считает, что из меня выйдет идеальная жена для ее единственного сына. Ни разу не посмотрела на меня свысока и не намекнула, что я не одного с ними круга.
Так что да, Юля права — мне очень повезло со свекровью.
Глава 12
Алексей
Я понятия не имею, почему меня всегда оставляют напоследок.
Организаторы и тренер утверждают, что только я могу закрыть соревы зрелищно. Это, блядь, бесит и, чего греха таить, угнетает, ложится на плечи двойной ответственностью, потому что им нужна от меня не просто победа, а красивая победа.
Я красиво не умею — действую по наитию.
Считав намерения противника по его глазам, увожу корпус в сторону за мгновение до того, как его кулак разрезает воздух около моего лица.
