Несмотря на сгустившиеся сумерки, Кристиан сразу узнал и личный экипаж сына, и лошадей, которых подарил ему на совершеннолетие, и почему-то совершенно не удивился тому, что из него выпрыгнул Леандр, а затем любезно подал руку Эллис. Лорд Кьянто лишь сердито скрипнул зубами, увидев, как долго и тепло они прощаются, как она улыбается его сыну, а затем запускает свои пальцы в его волосы.
Бокал с бренди в руке Кристиана хрустнул, и содержимое пролилось на пол. «Чёрт!» Вот почему, когда он узнал, что его собственная жена изменяет ему с лекарем, ничего кроме отвращения и презрения к Адель он не испытывал, а когда увидел этот невинный жест, отчаянно захотелось вмешаться?!
Лорд Кьянто-старший с величайшим трудом дождался того момента, когда услышал приглушённые женские шаги на лестнице, ведущей на третий этаж.
Девушка прошла мимо кабинета его собственной спальни, затем раздался еле слышный хлопок дверью в детскую. «Ну, вот и всё, попалась птичка».
С непоколебимой решимостью Кьянто-старший зашёл в детскую комнату как раз в тот момент, когда служанка нагнулась и достала спящего Славика из кроватки.
Она смотрела на малыша и чему-то улыбалась. Горло Кристиана свело сухой судорогой, когда он увидел взгляд, полный заботы и нежности, обращённый на Ладислава. Такие чувства невозможно сыграть или подделать. Прогоняя ненужные эмоции, лорд подошёл к кроватке и отрывисто бросил:
– Что ты здесь делаешь?
– Хотелось зайти на ночь и полюбоваться, как спит Славик, – произнесла девушка, неотрывно глядя на его младшего сына.
Кристиан мельком глянул на перстень истины: не врёт.
– Ты не поняла, что ты вообще делаешь в моём доме?
Девушка, не отрывая влюблённого взгляда от малыша, ответила:
– Работаю служанкой и помогаю Эрлене с ребёнком.
Перстень истины подтвердил слова девушки, но этот ответ не устраивал лорда. Кристиан почувствовал, как закипает его кровь. Или это просыпается его магия?
– Положи ребёнка, – потребовал он.
Девушка вздохнула, дотронулась губами до лба малыша, после чего положила его в кроватку, выпрямилась и посмотрела в глаза своему работодателю.
Спокойно, сдержано, без волнения или дерзости во взгляде. Мимоходом Кристиан отметил, что сейчас на ней далеко не скучное серое платье служанки, а куда как более откровенное и обрисовывающее все её аппетитные формы. Разозлился и на неё, и на себя. «Выходит, ради Леандра она даже специально наряжается».
– Я Вас внимательно слушаю, – Эллис произнесла, как бы намекая, что пауза слишком затянулась.
