Отстранилась от коробочки, поискала глазами пустую миску, и стала аккуратно вытряхивать в неё перемолотые зёрна. Приятный аромат защекотал ноздри, дразня аппетит, и я взяла ещё один пирожок с мясом из соседнего блюда.
– Так важная эта свадьба, выходит? – спросила я, жмурясь от восхитительно вкусного пирожка. Оказывается, я всё-таки была голодной.
К этому моменту благодаря стараниям Грона тёмно-фиолетовый дым над кастрюлей посветлел и стал светло-голубым.
– Конечно, важная, – подтвердил повар, не отрываясь от своей работы.
– Жаль только, что Лиланинэль от Леандра нос воротит. Донтрийцы эти всегда считали нас чуть ли не варварами, а их женщины – и подавно.
«С учётом того, как этот наглый юноша полез мне под юбку, не могу не согласиться с поведением Лиланинэль», – подумала и вновь обратилась в слух.
– … Ну а Леандр сделает всё что угодно, чтобы господину Кьянто-старшему досадить в отместку за то, что тот его в пять лет, по сути, в приют сдал. Ведь всё детство и юность Кьянто-младший прожил в закрытой академии для сыновей аристократов.
Эх, дурачок… Господин Кристофер как лучше хотел, понимая, что сам почти всё время на службе пропадает, генерал-главнокомандующий как-никак, а о нём там будет кому позаботиться, дать образование, научить этикету, математике, военному делу, экономике. Вот так и аукнулось ему его доброта. Ох! Как бы я хотел, чтобы между Донтрием и Норгешем наконец мирный договор заключён был… У меня ж родня как раз на границе с Донтрием живёт, из-за этих распрей говорят, что совсем уже худо.
На мир молятся всем селом…
Голова от полученного объема информации стала быстро опухать. «О-о-о-о, выходит, брак этот между Леандром и Лиланинэль политически важный… Теперь понятно, почему Кьянто-старший так взъелся на меня. Застукать родного сына голубых кровей со служанкой, а по моему встрёпанному виду он много чего мог подумать. Кстати, насчёт моего вида!» Пока в подсобку ходила, вновь чуть не навернулась. Взгляд упал на большие кухонные ножницы, и я невзначай спросила у Грона, могу ли воспользоваться ими.
Он разрешил.
– Грон, а вот так если платье обрежу, нормально будет? – я примерилась ножницами где-то на уровне колен.
Повар обернулся на меня, нахмурился и сердито произнёс:
– В принципе-то нормально, у нас в селе девки и короче носят. Но мне не нравится, что ты только что о Леандре расспрашивала, а теперь вдруг платье укоротить решила. Сама ж с Анисьей говорила, что Ваша одежда из приюта Вас же и защищает, два года ходила словно монахиня.
