– Я думал, что ты другая! Ты мастерски сыграла свою роль, заставив меня поверить, что ты особенная! А знаешь, что? – он оскалился. – Я даже в какой-то момент решил, что ты шпионка из другого государства, – Кристиан рассмеялся так, будто бы особенно удачно пошутил. – Я ведь чувствовал в тебе фальшь, но всё никак не мог понять, зачем тебе это? Зачем тебе показывать свою любовь к Ладиславу? Зачем говорить мне комплименты, будто бы шрамы украшают мужчину? Я был ослеплён тобой, а ты оказалась такой же продажной шлюхой, имитирующей свои чувства, как и все женщины!
Кристиан наращивал темп, а мне было плевать.
Я лежала и молилась, чтобы всё это поскорее закончилось. По всей видимости, я сделала что-то не так, потому что лицо Кристиана перекосило:
– От меня ты, конечно, не залетишь, так как уже беременна, но кончать в тебя всё равно противно.
И с этими словами он вышел, чтобы излиться обжигающими каплями на моё тело. С каждой новой порцией его жидкости меня потряхивало так, будто бы на меня проливают серную кислоту.
Это было концом.
– Кровь?! Откуда?… – если бы не языки пламени, плясавшие на простынях кровати, то в темноте ночи этот ублюдок даже не заметил бы кровь.
Я с ненавистью посмотрела на шокированное лицо Кристиана, а он оторопело и неверяще глядел на меня так, будто вместо меня под ним оказалась совершенно другая, незнакомая ему женщина. Моим же единственным желанием сейчас было оказаться как можно дальше от этого подонка и смыть с себя все признаки нашей близости. Небо! Неужели этот мужчина мне нравится? Как же слепа я была!
– Ты девственница?
Вопрос прозвучал в мёртвой тишине, а яркое пламя, что ещё недавно резало глаза, неожиданно потухло и развеялось.
При других обстоятельствах я восхитилась бы магическим даром лорда Кьянто, но не сейчас. В промежности зверски болело, было до слёз обидно от несправедливых обвинений в мой адрес.
– Эллис, – пробормотал Кристиан, и впервые меня передёрнуло от чужого имени.
И почему-то именно от этого имени меня вдруг затрясло, да так сильно, что я не смогла сдержать дрожь во всём теле.
– А знаешь что, Кристиан?! – впервые после всего случившегося заговорила я, и не узнала свой осипший голос. – Ты прав, я обманщица и лгунья! Я не безропотная служанка Эллис, я – Эльвира Лафицкая!
Это признание неожиданно придало мне сил, я вскочила на кровати и отпрянула от Кристиана. В комнате действительно не было ничего, чем бы я могла защититься – ни подсвечника, ни бутылки спиртного, ни даже вазы.
