– Ваше Высокопревосходительство, – совсем молодой парнишка, кого назвали переводчиком, тут же подпрыгнул к лорду Кьянто, торопливо поклонившись почти до земли, – принцесса недовольна тем, что ей не во что переодеться.
– На нас напали, и было принято решение бросить экипаж. Принцессу и её служанку в срочном порядке пересадили на скакунов, чтобы оторваться от погони мятежников. Моим людям пришлось несладко, но и донтрийцы молодцы, поддержали стрелами, хотя им тоже досталось, – прокомментировал Кэрин.
На этих словах я вновь окинула уже более внимательным взглядом спешившихся шестерых длинноволосых мужчин.
В отличие от Тандэра они сами отвели своих скакунов в стойла и стали наливать им воды, не позволяя Зыдгару к ним приблизиться. Но и конюх с опаской посматривал на лошадей диковинной серой с серебром окраски, предпочитая обходить их по дуге. Меня удивила и забота о лошадях, проявленная со стороны донтрийцев, и поведение Зыдгара, но все реагировали на это так, будто бы так и должно быть. Будто бы ни для кого не стало открытием, что гости из Донтрия вместо того, чтобы передать поводья конюху, сами снимают пыльную сбрую и сёдла, а затем таскают тяжёлые вёдра с водой из колодца.
Даже принцесса на некоторое время прекратила свои причитания, передав поводья одному из мужчин и терпеливо дожидаясь, когда он вернётся.
При повторном более тщательном осмотре светловолосых воинов я увидела, что они заметно устали, но при этом передвигались легко, спину держали ровно, не сутулились и даже удерживали на лицах вполне благожелательные улыбки.
Лишь один из мужчин с наиболее длинным хвостом очень медленно слез со своего скакуна, слегка морщась, словно это далось ему с трудом, а затем так же медленно двинулся к остальным.
Второй из длинноволосых мужчин подошёл к Кристиану, прислонил правую руку, собранную в кулак к левому плечу в знак приветствия и что-то произнёс на певучем языке. Переводчик поспешил с пояснениями:
– Князь Валерн Торн приветствует лорда Кристиана Кьянто от имени Донтрийской Империи и просит предоставить комнаты отдыха ему и его людям, чтобы привести себя в порядок.
Буквально через полчаса он готов заняться обсуждением самых насущных и не терпящих отлагательств вопросов."
"«Ого! Полчаса, чтобы привести себя в порядок после многодневного перехода, засады и погони?» – присвистнула я про себя, вспомнив, сколько времени обычно требовалась мне, чтобы выбрать платье, накраситься и уложить причёску перед выходом на работу.
