В том числе и так называемые идеи прогрессивные и передовые."
"– Какие именно? – невольно заинтересовался я. Собеседник умел втягивать в разговор.
– Например, идея о великорусском шовинизме. Слышали ведь не раз: «Россия – тюрьма народов. Свободу для угнетаемых наций». В свое время она сильно помогла в раскачке царизма. А сегодня?
– А сегодня создает некоторые проблемы.
– Некоторые? Мягко сказано. Доминирование национальных кадров, основная ценность которых в их национальности. Заигрывание перед ними.
А что дальше? Как скоро идея «Россия – тюрьма народов» трансформируется в «СССР – тюрьма народов»?
– А такое возможно?
– Возможно. Как только ослабнет Москва.
Я даже не знал, что сказать. За такие речи обычно людей таскали к нам на профилактические беседы, а то и на отсидку, если имела место агитация.
– Что заерзали, Александр Сергеевич? – пристально посмотрел на меня Инициатор. – Крамолу изрекаю? Так вам благостную картину единения народов распишет политработник. А чекист должен видеть проблему во всей полноте.
И видеть самое худшее, чтобы знать, как это худшее нейтрализовать. Украина сейчас больше, чем любая другая республика, пропитана озлобленностью по отношению к большой России. Это единственная республика, где значительная часть населения искренне ненавидит даже не московскую власть, а весь русский народ. Такого нет ни в Средней Азии, ни на Кавказе. Этот настрой умело подогревается и недобитыми врагами, и перевертышами из партноменклатуры. А еще вечные мечты о независимой Украине.
И соседство с западными странами, главное – с Польшей, которая была и остается непримиримым врагом СССР, подпитывает угрозу бунта и мечтает об отторжении наших территорий.
– Это факт медицинский, – кивнул я. У меня к полякам был свой счет, еще со времен советско-польской войны.
– Еще год назад в решении Политбюро ЦК прямо указывалось: по разведданным есть основание предположить, что в случае серьезных кулацко-крестьянских выступлений в Правобережной Украине и Белоруссии, особенно в связи с предстоящим выселением из приграничных районов польско-кулацких и контрреволюционных элементов, польское правительство может пойти на прямое военное вмешательство.
И признаки его подготовки мы сегодня видим.
– Поляки давно над нами висят как дамоклов меч.
– Вот именно. Возможность войны с поляками наверху воспринимают очень серьезно, особенно в связи с плачевным состоянием Красной армии. Доходит до смешного.
