— Знаешь почему? Потому что только полная идиотка согласится выйти за тебя замуж и прийти в твой дом. Дом, в котором командует твоя мать и сестра.
— Хватит! — его голос вдруг стал громче, а в глазах мелькнула злость.
— Нет, Зафар, это тебе хватит! — я уже не могла сдерживать эмоции. — Ты думаешь, что можешь ворваться в мою жизнь и снова всё решить за меня? Ошибаешься.
— Ты не понимаешь, что делаешь, — он говорил это так, будто действительно считал, что знает лучше.
— Я понимаю, что я делаю, — мой голос стал тише, но твёрже.
— Я возвращаю свою жизнь. И знаешь, что самое удивительное? Она лучше без тебя.
Его лицо помрачнело, но он не сказал ни слова. Вместо этого развернулся и направился к выходу.
Когда он ушёл, я почувствовала, как напряжение покидает меня, оставляя лишь пустоту. Но внутри было тихое, едва уловимое чувство.
Я выиграла.
Хамзат
Я не мог сосредоточиться. Сидел в кабинете, бездумно разглядывая экран компьютера, но перед глазами снова и снова вставало её лицо. Хаджар.
Каждый раз, когда я закрывал глаза, вспоминал, как она стояла за стойкой, аккуратно протирая чашки.
Её спокойное, усталое лицо. Её глаза.
И это злило меня.
Я злился, потому что не мог понять, как всё это произошло. Как я, привыкший к другим женщинам, ярким и уверенным, вдруг начал думать о Хаджар?
Она не вписывалась ни в одну категорию, к которой я привык. У неё не было этой уверенности, легкости, даже игривости, которые всегда привлекали меня в женщинах. Она не носила ярких нарядов, не улыбалась загадочно, как будто знала больше, чем говорила.
Она была тенью. Тихой, замкнутой, словно сама не верила, что достойна быть замеченной.
Но я её заметил.
Сначала это было просто желание помочь. Она пришла в кофейню, и с первого дня стало понятно, что ей непросто. Она училась всему с нуля, часто терялась, старалась угодить каждому клиенту. Я видел, как она старается, как за ночь находит силы вернуться и начать заново.
И вот я узнаю, что она замужем.
Замужем.
Я повторял это слово в голове, как будто от него зависела моя жизнь.
Тот вечер вспоминался слишком отчётливо.
Я стоял у стойки, когда увидел её сына. Айдар вошёл в кофейню с уверенным видом, будто ему было не пять лет, а все пятнадцать. За ним вошла Карина с её дочкой, маленькой, сонной, уткнувшейся носом в её плечо.
— Это твои дети? — спросил я, не веря своим глазам.
— Да, — ответила она тихо, глядя мне прямо в глаза.
Тогда я задал второй вопрос. Тот, который даже не хотел озвучивать.
