Хиан в своей титулатуре называл себя «сыном Ра», а Аусерра-Ипепи – «сыном Ра от плоти его» и «живым образом Ра на земле». Некоторые гиксосские цари принимали теофорные имена в честь этого бога: «велико могущество Ра» или «Ра, владыка меча».
Гиксосы не могли самостоятельно управлять землями. Для этого они были слишком малочисленны, и конечно же вряд ли среди них было достаточно образованных писцов. Египтяне служили им и, судя по египетским надписям об освободительной войне, делали это преданно. В целом положение египтян при гиксосах не было столь плачевным, как это описывается в более поздней литературе: фиванский князь, как мы уже отмечали, мог жениться на гиксосской принцессе, а гиксосские цари, представляемые невежественными варварами, проявляли заботу о сооружении храмов и других построек.
Статуи, стелы и другие памятники искусства того времени, хоть они и уступают шедеврам эпохи Среднего царства, нельзя назвать незначительными. В отличие от Первого переходного периода, во время Второго не наблюдается общего упадка культуры.
Но самыми важными для оценки роли гиксосского владычества для египетской цивилизации являются письменные источники. Именно благодаря писцам гиксосского времени до нас дошли лучшие копии произведений египетской литературы и науки, такие как Математический папирус Ринда (его скопировали на 33-м году правления Ипепи), знаменитый папирус Весткара со сказками о фараонах эпохи Древнего царства и Гимн царским диадемам (папирус Голенищева). Представляется, что гиксосские цари скорее стимулировали, нежели уничтожали интеллектуальную жизнь Египта.
Гиксосы многое заимствовали из Египта. В свою очередь, они внесли значительный вклад, о чем настойчиво напомнил У. К. Хейс. Во-первых, они полностью и навсегда избавили египтян от комплекса собственного превосходства: они больше не считали себя отделенными и отдаленными от своих соседей. Во-вторых, они обеспечили тесные связи с Азией – в первую очередь для себя, но влияние этих контактов было довольно продолжительным.
Начиная с того времени наблюдаются многочисленные кровные связи, взаимовлияние культур и философии долины Нила и Передней Азии; фараоны Нового царства не только не пресекали их, но и способствовали развитию подобных контактов. Вклад гиксосов прослеживается и на практическом уровне: несмотря на то что лошадь была известна в Месопотамии и, возможно, в Египте до их владычества, именно благодаря им египтяне стали широко применять лошадей и колесницы.
