В Сау, расположенном у входа в Вади-Гасус на берегу Красного моря, был основан порт; и по меньшей мере на 28-м году правления царя он принял экспедицию, вернувшуюся из Пунта. Снаряжение экспедиций в Пунт может считаться маркером процветания государства, что в полной мере относится ко времени правления Аменемхета II. Это подтверждается и богатством провинциальных гробниц, и внушительностью царской пирамиды в Дахшуре, и роскошью погребальной утвари в находящихся неподалеку от царского погребения гробницах членов царской семьи.
Найденные там украшения по праву считаются одними из лучших произведений древнеегипетского ювелирного искусства."
"Примерно в 1897 г. до н. э. Аменемхет II разделил власть со своим сыном Сенусертом II (ок.1897–1878 до н. э.), они правили совместно три года вплоть до смерти старого фараона в 1895 г. до н. э. Сенусерт II полностью продолжал политику своих предшественников. Он не вмешивался в наследственные права номархов, не вел военных действий ни в Азии, ни в Африке.
Известен лишь один его военный поход, целью которого был осмотр крепостей в Нубии. Продолжалась разработка рудников на Синае и в Вади-Хаммамате – это первый признак процветания государства при Сенусерте II. Вторым признаком можно считать огромный размах строительства царских памятников. Сенусерт II, как и его дед и отец, уделял большое внимание развитию Фаюмского оазиса.
Со смертью Сенусерта II, наступившей около 1878 г. до н.
э., пришел конец этого знаменательного периода египетской истории. Объединив Египет, принеся мир и восстановив авторитет царской власти, первые четыре фараона XII династии поставили целью восстановить экономику страны и преуспели в этом. Они свели к минимуму тяготы заграничных походов и тем не менее значительно расширили границы Египта. Внутри этих границ они смогли удерживать власть, не ущемляя прав аристократии. Многое из этого изменилось при Сенусерте III.
Сенусерт III (1878–1843 до н.
э.)
Сенусерт III стал самым известным из всех царей XII династии. Его образ, воплощенный в скульптурных портретах, кажется нашим современникам могущественным, властным и решительным. Создается впечатление, будто сильная личность этого монарха вытеснила из человеческой памяти остальных царей из его династии; и это несправедливо, поскольку нет оснований полагать, что он в чем-то превосходил Аменемхета I или Сенусерта I.
