Загадка разрешилась через сто метров: в неестественной позе распростерся на пахоте Катала. Он неправильно надел парашют и разбился в лепешку.
Вольф сплюнул. Это тебе не карты передергивать! И не спасших тебя людей убивать!
Вдали тарахтел трактор. Когда Вольф подошел, тракторист вытаращил глаза:
– Шпион, что ли?
Вольф оторопел. Что, у него статья на лбу написана?
– Почему вдруг?
– А кто еще? С неба или шпионы, или космонавты спускаются. Только космонавтов тут отродясь не бывало.
– Где ближайший телефон?
Тракторист расплылся в улыбке:
– Значит, ты наш шпион, а не ихний! Вон там деревня, из правления позвонишь… Слышь, а то кто попадали?
Вольф вздохнул:
– То – ихние.
* * *"
"В деревне Вольф переполошил всех собак. Грязный, небритый, в мятой зэковской робе, он устало брел по пустынной улице вдоль неровного ряда черных покосившихся домишек, напоминающих зубы в челюсти колхозника-пенсионера. За ним клубилась пыль и катился многоголосый остервенелый лай беспородных шавок разных мастей и размеров.
Не будет ничего удивительного, если из-за какой-то занавески жахнет дуплетом старенькая двустволка, заряженная вместо дроби порубленными гвоздями. В этих краях издавна за голову беглеца давали чай, сахар, сигареты и немного денег…
Но когда он подошел к правлению и увидел сторожа, опасения развеялись. У того был еще более запущенный вид, и встретил он незнакомца вполне радушно.
– Здравствуй, мил-человек. Закурить не дашь?
– Откуда? Неделю в лесу блукал, еле выбрался. Телефон срочно нужен!
Сторож задумался.
– Телефон? Надо у начальства спросить… Только ни председателя, ни бухгалтера, ни агронома – никого нету.
Вольф взглянул на тонкую шею мужика, легкомысленно заброшенную за спину берданку и тяжело вздохнул.
– Вот что, товарищ, речь идет о деле государственной важности. Тут бюрократию разводить ни к чему. Твой председатель в курсе дела. Открывай быстро!
То ли казенные обороты сделали свое дело, то ли сыграл роль грозный вид Вольфа, но сторож зазвенел ключами, отпер амбарный замок и пропустил незваного гостя в неказистую комнатенку с древней, обшарпанной мебелью.
– Как называется деревня?
– Дворы, – шмыгнул носом сторож. – Обыкновенно называется. Дворы.
– Постой на улице!
Допотопный черный телефон тихо гудел надтреснутым зуммером. Раздолбанный диск крутился со звуком трещотки, впервые в своей долгой жизни набирая номер не сельхозуправления, не агрохимии и даже не райисполкома, а Оперативного управления КГБ СССР.
