Опытный взгляд сканировал толпу, выделяя в пестрой толчее карманников, веселых девиц, готовых расплатиться за товар натурой, крикливых толстомясых теток с красными повязками – официальных контролеров рынка и наглых быстроглазых юнцов – неофициальных контролеров, которые и являлись здесь настоящими хозяевами, регулирующими местную неформальную жизнь.
Не привлекая к себе внимания, Волк обошел молочный павильон, где правили бал густая белизна сметаны, золотисто-розовое масло, нежнейший, рассыпчатый творог, граненые стаканчики с покрытым коричневой корочкой топленым молоком… Он выпил стаканчик, вытер молочные усы и через галерею вышел в мясные ряды.
Здесь на зловещих, похожих на плахи колодах расторопные мясники разделывали огромными топорами свиные и говяжьи туши, развешивая на блестящих крюках парной филей, нежно-розовую вырезку, округлые окорока, похожие на рояльные клавиши ребра…
Пастух сказал, что именно здесь и обитает Басмач – большой любитель сырого парного мяса, которое ест отбитыми ломтями, густо посоленными, поперченными и политыми лимонным соком.
Он показал и фотографию мордатого азиата со злыми глазами.
Поэтому Владимир узнал его сразу. Молодой мужик в спортивном костюме и кроссовках, плотный, приземистый, с блестящими черными волосами и раскосыми глазами, посверкивающими как угольки на смугловатом скуластом лице. Он бы не выделялся в толпе, разве что тройка парней, неотступно его сопровождавших, наводила на мысли о значительности этого человека в определенной среде: очень уж угрожающий был у них вид, очень уж цепкие, настороженные взгляды, очень разухабистые и хозяйские манеры…
– Эй, хозяин! – цеплялись к Волку мясники.
– Бери вырезку, сам пожаришь, никакой жены не надо!
Видимо, по каким-то ведомым только им приметам они сразу угадывали в нем холостяка.
– Давай. Только без хрячьего запаха, – Волк достал зажигалку.
– Обижаешь, – мясник ловко отхватил огромным ножом крохотный кусок свинины, выставил его на острие, синий огонек обуглил розовую мякоть, сизая струйка дыма, постепенно рассеиваясь, скользнула к высокому потолку.
Специфического запаха Волк не уловил и расплатился."
"Потом, используя опыт «топтуна» из службы наружного наблюдения, он отследил контакты Басмача – в основном это были те самые быстроглазые юнцы, которые подходили по одному и совали ему пухлые свертки. После полудня Басмач в сопровождении телохранителей вышел из западного выхода рынка и уехал на редком для Тиходонска начала девяностых годов «Мерседесе».
