Здесь же, не отвлекаясь на полемику, уместно дать очерк теории полигенизма.
Пионером полигенизма в Новое Время в Европе нужно считать гениального швейцарского врача Теофраста Бомбаста Парацельса, который в 1520 году возродил античные представления о природе происхождения рас. Невозможно предположить, говорил он, будто обитатели недавно открытых островов являются детьми Адама и у них такая же плоть и кровь, как у нас.
В 1600 году именно за пропаганду полигенизма был сожжен небезызвестный Джордано Бруно.
В 1616 году ученый Ванини был приговорен «к отрезанию языка и сожжению за то, что в своих „Диалогах“ он напомнил о древних гипотезах о естественном происхождении человека и об „утверждениях атеистов, будто эфиопы произошли от обезьян… и будто в природе существует своего рода иерархия существ, от низших до высших“».
Четырехсотлетний промежуток между этими жуткими событиями и выпуском восьмитомной академической серии «Американские теории полигенизма» (издание Массачусетского университета, США, по ред.
проф. Р. Бернаскони) был заполнен трудной, опасной и самоотверженной борьбой научной мысли с религиозными предрассудками. В 1774 г. английский лорд Кеймс предложил компромисс: Бог-де создал не одну, а «несколько человеческих пар, приспособленных к климатическим зонам, в которых им предстояло жить». С той поры десятки и сотни ученых посвятили свои труды разграничению рас и поиску их истоков. Уже Ч.
Г. Смит утверждал, что происхождение одних рас от других невозможно («Естественная история человеческих сидов», 1848), а Ж. Л. Агассис полагал: «Они произошли независимо друг от друга в восьми разных точках Земного шара».
Вторжение гипотезы об эволюции человека от обезьяны расширило поле предположений для полигенистов. Так, К. Фогт в книге «Человек и его место в природе» (1866), уже полностью исключив акт творения, задавался вполне атеистическим вопросом, «отчего нельзя производить различные виды американцев от американских обезьян, негров — от африканских и, наконец, хоть негритосов — от азиатских».
Следует заметить, что при такой постановке проблемы по-прежнему оставался вопрос о происхождении европеоидной расы, ее нордического подтипа: ведь на Севере вообще никаких обезьян нет и не было, а миграция белой расы, между тем, шла только с Севера на Юг.
Основательные труды Д. К. Нотта и Д. Р.
