Предполагалось, что канаты из слантерса будут привязаны к углам толстенного одеяла, создавая таким образом упругую пращу. Но на практике все оказалось гораздо сложнее: одеяло из-за своей собственной упругости сворачивалось в полете – еще до того, как вложенный для испытаний камень успевал из него вылететь. При первом выстреле камень вернулся вместе с переплетенным одеялом, и только благодаря случайности обошлось без жертв. Еще долго, как ни мудрили с натяжением резиновых жгутов, как ни переделывали само одеяло, ничего не получалось.
Само собой, откладывался и бросок человека: в случае неудачи его могло так ударить о камни при возвращении, что и пуленепробиваемая куртка не спасла бы. Для благополучного запуска шафика на высоту требовался всего лишь обычный прочный кусок брезента.
Тут свое слово сказал Бонзай Пятый, который к тому времени забыл про сон и личным примером взбадривал товарищей по несчастью при натяжении ужасно тугих канатов из местного каучука. Подойдя к разозленному неудачами товарищу, молодой монарх предложил:
– Может, вместо одеяла мой камзол приспособить?
– Гм? – Некоторое время Дмитрий смотрел на друга с непониманием, а потом глаза его расширились от озарения: – Эврика! Да ты гений! Раздевайся! – Правда, тут же понизил голос и поинтересовался: – Не страшно для истории, если король будет ходить голый?
На что получил достойный ответ, без всякого наигранного пафоса:
– Чего не сделаешь ради торжества справедливости! Как чуть позже оказалось, Бонзай совершенно голым не остался.
Видимо, ему еще ночью выделили вполне приличные плавочки из кожи ядовитых пауков, и он теперь щеголял в них.
С камзолом дело наконец сдвинулось с мертвой точки. Как оказалось, ткань была настолько герметичной, что даже батареи и баллоны со специальным газом во внутренностях камзола не подверглись воздействию зеленого дыма. Благодаря чему пуленепробиваемую куртку из иного мира удалось подкачать и создать из нее довольно жесткую и прочную люльку-сиденье. И уже при первом удачном испытании запущенный камень угодил прямо в примерно обозначенное место.
На всякий случай провели еще с десяток «выстрелов», пристреливаясь и выравнивая усилия канатов и слегка меняя угол натяжения.
А потом настал и час отправки человека в неведомое «нечто». Торговец ни с кем прощаться не стал, пообещав, что все равно вернется очень скоро, разве что дал напоследок инструкции, что и как делать в каждом отдельно оговоренном случае. Благо вариантов развития событий он успел обдумать немало.
