Неуправляемый вал оголтелого насилия прокатился и по культовым строениям церковников, их личным поместьям и прочей недвижимости. Тут уже остановить толпу не удалось, разве что пытаться хоть как-то спасти от ударов слепой ярости невиновных. Чем и занималась дочь императора Лидия. Уродливая внучка Лагуна, прикрыв лицо маской, тоже оказалась в передних рядах идущих на штурм и личным примером, размахивая окровавленной саблей, вдохновила штурм казарм, в которых засели остатки сатанистов. А когда штурм завершился, девушку, получившую к тому времени два вполне ощутимых ранения, восторженная толпа понесла на своих руках в центр столицы.
И вот там, взобравшись на какую-то возвышенность, героиня Зачистки, не снимая маски, произнесла свою первую общественную речь. Причем сделала это на удивление емко и коротко:
– Визенцы! Пусть моя внешность ужасна и пугает наших врагов, но мое сердце принадлежит вам и готово ради вашего блага биться до последней капли крови!
Когда Лагуну доставили во дворец, вся столица уже была практически в руках приверженцев законно правящего императора.
Потом, правда, еще несколько недель по всей Визенской империи продолжались локальные сражения с остатками банд сатанистов и их приверженцев, штурмовали замки спрятавшихся лордов-предателей и рушили построенные кровавой религией монастыри, но это уже не требовало вмешательства всесильного и вездесущего шафика Дина и его друга, молодого короля Ягонов Бонзая Пятого.
И они ушли в глубокий загул.
Причем настолько глубокий (а порой и далекий), что потом еще долго самодержец замирал с отвисшей челюстью, выхватывая вдруг из памяти сценки хмельного угара. Потом приходил в себя и спрашивал у товарища:
– Слушай, мне померещилось или мы и в самом деле распивали далийское в корзине огромного воздушного шара?
– Померещилось! – как правило, с полной уверенностью отвечал Торговец, а потом с не меньшей уверенностью добавлял: – И еще не раз померещится! Дай вот только с твоими делами разобраться.
Потому как дел в Ягонах оказалось невпроворот. Да не тех только дел, о которых они не раз говорили, но и таких мистических и невероятных, что даже сам шафик частенько восклицал в недоуменной прострации:
– Ну как, как такое могло случиться? Совпасть? И как вообще такое может существовать в любом из миров? Я ведь совершенно случайно сюда попал в первый раз, а потом только и наведывался из-за далийского вина.
