Отшельников на Зелени уважали безмерно, что и было заранее рассчитано Дмитрием. И попутно избавляло от лишнего любопытства и неприятных вопросов, отвечая на которые не хотелось лгать. Свирепую долину закрепили в безраздельное пользование ему и его потомкам на все века. Только вот император не поленился уточнить:
– Отныне к твоему титульному имени добавляется еще одно слово. Так что, граф Дин Шахматный Свирепый, будь достоин этой награды и с рыцарской жертвенностью продолжай служить империи!
– Готов, ваше императорское величество!
Динозавр закончил свой рассказ и коротко вздохнул:
– Вот так я и стал обладателем долины, где в данное время строят город и рассаживают сады из самых экзотических плодовых деревьев.
– Но там ведь лед и нет грунта! – воскликнул в недоумении Бонзай. Вино он забыл подливать давно и теперь только крепко сжимал в своей ладони сухой кубок. Но его гость решительно встал:
– Все, сказки кончились и деткам пора спать, да и «грелки» наши наверняка давно дрыхнут без задних ног.
Или ты забыл, что при дрожащих руках я твоего бешеного дядечку могу и не угостить из ружьишка?
– Я ведь уже и не подливаю, – немного обиделся молодой король. – А вот мой батюшка мог и зубы выбить за отказ с ним выпить. Я ведь только и прошу рассказать, как ты со льдами справился и откуда землю взял?
– Ну вот, так и знал, что с самодержцами пить вредно для здоровья, – засмеялся Дин от всей души. – Тебе ведь самому будет в сто раз интереснее возрожденную долину собственными глазами увидеть, чем сейчас полусвернувшимися от усталости ушами про нее выслушивать.
Так что обижайся – не обижайся…
– Да ладно тебе, Дин! Никаких обид! Отправляйся на свое ложе. – Бонзай подморгнул товарищу и сам отправился к другому выходу: – Тем более, что сразу заснуть у тебя все равно не получится.
– Ну-ну, – бурчал гость, передвигаясь к своей спальне по слабо освещенному коридору. – Я парень разборчивый, мне какие попало грелки не подходят…
Судя по утреннему настроению, когда оба друга появились в малом трапезном зале, ночь у обоих прошла на «отлично» и недовольных в строю не наблюдалось.
Скорее проскальзывала некоторая ленивая пресыщенность в движениях. Молодой самодержец засомневался первым:
– Не рано ли мы встали?
– Может, и так… – стал рассуждать Дин, расслабленно откидываясь на спинку стула. – Мы ведь действительно намного раньше там появиться планировали, присмотреться хотели…
– Так, может, того… – обрадовался Бонзай.
