– Да как вам не стыдно? Если у нас в роду завелся подобный ублюдок, то какое вы имеете право меня в этом упрекать?!
– Я не упрекаю, наоборот…
– Тем более! Можно подумать, что, окажись среди вашей родни такая скотина, вы задумались бы о его помиловании!
– Ни в коем случае! – последовал немедленный и твердый ответ.
– Верю! И нисколько не сомневался в таком ответе. Ну вот, значит, с наиболее деликатными делами разобрались, – подвел очевидный итог молодой король. Но Марио все-таки нашел в себе мужество признаться:
– Извини, Бонзай, я был не прав, когда подумал, что ты станешь защищать представителя династии Ягонов.
– Извинения приняты. Более подробный договор о дружбе и сотрудничестве мы постараемся составить завтра, уже после окончательной смены монарха.
– Но что будет с Барбо и армией?
– Его самого мы уничтожим, – просто ответил молодой король соседнего государства. – А войско заставим вернуться под ваше начало.
– Как?
На этот вопрос ответил шафик. Причем сделал это, не раскрывая своих секретов:
– Есть несколько способов.
Ваше дело – навести порядок в столице, встретить возвращающихся рыцарей под музыку духовых оркестров и под восторженный рев очумевших от счастья горожан, бросающих цветы на мостовую. Тогда все генералы успокоятся окончательно и будут служить вам со всем рвением и преданностью до гробовой доски. Со своей стороны мы тоже попытаемся воздействовать на них должным образом, но при этом не уронить их воинскую честь и не заронить сомнения в их полезности.
В окне второго этажа показалась убеленная сединами голова дворецкого, и герцог прокричал на ходу:
– Франко! Граф Дьярти уже проснулся? Даже с такого расстояния было отчетливо видно, как лицо старика сморщилось от негодования:
– Нет, ваше сиятельство! Граф продолжает храпеть, словно стадо бешеных носорогов во время случки.
От такого ответа трое мужчин, спешащих по дорожке сада, громко рассмеялись. А Марио Льер с гордостью прокомментировал:
– Наш дворецкий умеет убить словом, подкрепленным истинным артистизмом, наповал.
Порой некоторым оказывали медицинскую помощь, настолько они ухохатывались! – Затем опять поднял голову в сторону окна: – Прошу тебя, Франко, разбуди этого пьяницу немедленно!"
"Старик пропал в сумраке коридора, а новые союзники так и продолжили свое движение. Когда они стали подниматься по ступенькам в дом со стороны сада, навстречу им, в большую просторную веранду, вышла рассерженная хозяйка поместья.
