— Немедленно дайте мне уйти… — требовал он, но уже без прежнего энтузиазма. — Вы хотите крупный международный скандал? Вам нужен повод, чтобы германские войска вас наказали? Вы его дождетесь! Это неслыханно, это возмутительно! У вас все равно ничего не получится! Послушайте, почему вы все время молчите? — Его глаза заслезились, он усердно заморгал. — Да, я понимаю, вы служите в русской разведке… Но вы взяли совершенно не того! Зачем я вам нужен? Я не владею важными сведениями, ваше начальство только зря потеряет со мной время! Вы слышите то, что я вам сейчас говорю? Почему вы смеетесь? Я могу рассчитывать на ваше понимание?
— Не советуем, господин полковник, — отозвался Шелестов.
— А про то, чем вы владеете, поговорите с нашим начальством. Оно понятливое, всегда вникает в чужие заботы. Вы отдышались, герр полковник? Просим простить, но дальше вы опять пойдете с кляпом. И большая просьба: не сопротивляться, выполнять все наши указания. Вы же понимаете, что в случае провала мы убьем вас первым?"
"Мотоцикл спрятали в кустах — он выполнил свое предназначение.
Дальше ползли по полю. Военное присутствие в северном лесу, похоже, наращивалось — там беспрерывно что-то лязгало и гудело. Светили прожектора, периодически прошивая поле. Разведчики прятались в канавах. Полковник не внял предупреждениям и сделал попытку вырваться. Его прижали к земле, накормили черноземом, Шелестов зачитал ему ультиматум: за каждую подобную попытку, господин полковник, мы ломаем вам палец на руке, договорились? Десяти хватит? Подумайте хорошенько: на вашу разговорчивость на допросах это никак не повлияет, но будет очень больно.
Как вы будете жить в плену без пальцев?
Вайсман прекратил сопротивление, теперь он впал в апатию. Ползли очень медленно, но к половине третьего ночи достигли края поля. Впереди тропа, за ней кусты, дальше Буг. Местность уже знакомая. На тропе мерцали огоньки — шел немецкий патруль. Пришлось опять сдавить горло пленнику — на одном доверии далеко не уедешь.
— Тише, командир, задушишь же… — предостерег Буторин.
— Он и так уже весь красный…
Патруль растворился за кустами.
— Пошли, — скомандовал Максим. — У нас есть немного времени. Последний рывок, мужики, справимся?
Было бы глупо испортить все в последний момент! Вайсмана схватили под мышки, потащили к берегу. Буторин шел первым, прокладывал дорогу в зарослях. Вышли на берег, не удержались, покатились вниз. Полковник замычал — подвернул ногу. Остальные не пострадали.
