Но хорошо то, что хорошо кончается. Меня той же ночью срочно откомандировали на Апеннинский полуостров. – Александрийский одним глотком допил остатки коньяка, закурил. – Приезжаю в консульство, а там такой сюрприз.
– Говорю же, не было у меня другого выхода, – недовольно буркнул Глеб. – А если бы засыпался, шума было бы еще больше. Наверняка с подачи милой Софи они мою биографию прочухали, а чекистов, как известно, бывших не бывает. Это даже французы знают.
– Не гоношись, Каскадер, – миролюбиво произнес генерал.
– Говорю, как все было, увидел тебя и ошалел. А когда услышал твой рассказ, подумал, что это был подробный пересказ голливудского боевика. Позвонил в Москву по закрытой линии и говорю: есть информация, но передать могу только по возвращении домой. На Лубянке меня поняли и затребовали пояснения шифром, а шифровкой я затребовал «коридор» для твоего безопасного вывоза в Россию. Вот поэтому и сидели здесь почти неделю.
– Сердечное спасибо, – снисходительно усмехнулся Кольцов.
– А ты не торопись благодарить, тебе еще в «конторе» душу вывернут наизнанку. Сам знаешь, наш принцип – каждое слово должно быть подтверждено. А исчезновение такой фигуры, как Игнат Степанович Рудин, потребует даже не стопроцентной доказательной базы, а может, и всю тысячу."
"– А, не привыкать, – отмахнулся Глеб. Что такое перепроверочная рутина, он отлично знал. Но сейчас это его меньше всего беспокоило. Главное – домой вернуться, а там, как известно, и стены помогают.
– Вопрос можно, мон шэр? – стряхивая с сигары пепел, спросил Роман Александрийский.
– На любой вопрос любой ответ. Слушаю.
– А почему ты отказался от такой доли? Пять миллиардов даже рублей – это серьезно, а тут английские фунты. Как говорят на Украине – це забагацько.
– Вот именно. Что, я на эти деньги себе золотой мавзолей построю? Так пожить еще хочется.
– Да, Глеб Иванович, ты еще тот фрукт, – то ли с сожалением, то ли с восхищением проговорил генерал.
На что сыщик лишь пожал плечами, дескать, каждому свое.
– Кстати, – Александрийский затушил окурок. – Пока мы тут жировали на консульских харчах, я зря не сидел и навел справки о твоем американском камраде.
– И как он?
– В тот же день накупил видеоаппаратуры на двадцать тысяч евро и ближайшим рейсом улетел в Африку.
– Молодца, оценил опасность реально и принял соответствующие меры. В пампасах у Бешеного Макса его хрен кто достанет.
