Тот отрицательно покачал головой, не распространяясь о том, что здоровый образ жизни стал вести после тяжелого ранения.
– Правильно делаете, – выпуская густой клуб дыма, кивнул Шубин, – а я не могу себе отказать в маленьких слабостях. Тем более с каждым годом их становится все меньше и меньше. Да... Ну, вернемся к нашему барану. Сима Зубанов даже не баран, он паразит типа москита или клопа. Присасывается и сосет кровь и жизненные соки. В начале девяностых, когда мы все ушли с государственной службы и занялись частным бизнесом, нам пришлось уехать сюда, на край света, в Африку.
Серафим остался в Москве и благодаря нашим связям сумел наладить работу сети дорогих игорных заведений, решить проблемы с наезжающим криминалитетом, влезть в другие сферы бизнеса. В тепличных условиях он стал богатым, как Гарун аль Рашид, но этому паразиту было мало. Он решил получить свою долю с того, к чему имеет отношение только потому, что поставил свою подпись на документе, передающем собственность из государственной в частную.
Не вложив в эту проклятую землю ни копейки, ни ржавого цента, он через двенадцать лет вдруг захотел получить дивиденды. А чтобы его не объегорили, решил провести собственную ревизию. Всех по себе судит, негодяй, – сокрушенно пробормотал отставной полковник и со злостью вмял окурок в дно пепельницы. – В общем, с того момента, как игровой король собрался в Путу, его судьба была предрешена.
– Не ходите, дети, в Африку, – буркнул Глеб.
Слушая Шубина, он мысленно прикидывал свои шансы на спасение, просчитывая все плюсы и минусы.
То, что руки и ноги свободны, было огромным плюсом, то, что его самочувствие было вполне сносно, тоже относилось к позитиву. А вот неизвестность географического расположения и количество врагов были жирным минусом...
– Серафим, как все паразиты, оказался хитрым пронырой, – продолжал откровенничать Шубин. – Он в Африку решил ехать без помпы и большого сопровождения, даже человека взял со стороны, назвав своим референтом.
Все это больше походило на внедрение агента одной из спецслужб...
Услышав последнюю фразу, Кольцов внутренне напрягся. В Африку Зубанов его взял под видом референта, на языке профессионалов сказанное Шубиным означало «Штирлиц был в шаге от провала».
Но на состояние детектива бывший военный разведчик не обратил внимания, занятый своими мыслями вслух. – Впрочем, на тот момент это не имело никакого значения. Любая спецслужба действует лишь при наличии фактов.
