Я запустил еще несколько заклинаний, проверяя на то, не истощился ли энергетический запас в амулете, нет ли каких-то маскирующих чар или чего-то подобного, но даже при более подробном рассмотрении ощутил лишь очень слабые отголоски, буквально тени, какие могут быть, если вещь просто полежала рядом с сильным амулетом.
— Мисс Беалитдоттир…
— Прошу, просто по имени, — поморщилась она.
— Это неприлично, — подсказала Кейа.
— Но ты ведь меня зовешь по имени, — не поняла попаданка.
— Я… это только для друзей нормально, а господин следователь — официальное лицо.
— Как у вас сложно, — тяжело вздохнула Драдрерика.
— Прошу вас, проверьте, все ли в порядке с вашим оружием, — все же закончил свою мысль.
Лицо девушки стало обеспокоенным, она поспешила подойти к столу, положила руку на секиру… я немедленно почувствовал магический отклик. Запустил диагностирующее заклинание, и получил полный спектр возможностей. Основные функции довольно привычные, из неожиданных возможностей отслеживание положения других людей по энергетическому слепку.
— Зачем вам такая возможность? — уточнил у девушки настороженно. Не собирается ли она заниматься убийствами на заказ и искать жертв с помощью секиры?
— Я ведь училась на телохранителя, оружие позволяет мне контролировать положение подопечного и быстро найти его в случае похищения.
Я уточнил еще несколько моментов по разным возможностям, но в целом оружие не имело запрещенных функций, его можно было выдать в ответственное владение, хоть и с некоторыми оговорками.
Однако, меня заинтересовал другой вопрос:
— Когда я вытащил секиру из сейфа, она казалась совсем обычной. Магия активировалась, только когда вы к ней прикоснулись.
— Конечно, это же мое оружие, — удивленно откликнулась Драдрерика.
— Наши амулеты действуют несколько иначе. Покажете?
Она нахмурилась, покосилась на кивающую Кейю, и все же согласилась.
— Эта секира ковалась под меня, магический кузнец при закалке напитал ее моей кровью, — она легко подняла тяжелое оружие, что-то сделала, и на лезвиях проступили изящные светящиеся рисунки, которых не было видно раньше.
Но, что шокировало меня больше всего, в переплетении каких-то лент и узлов были вплетены угловатые рисунки из перекрещивающихся линий, очень похожих на те, что мы находили на всех жертвах маньяка.
Не выдержав, Лейв оторвался от работы над своими бумагами и грохнул кулаками по столу:
— Это же они!
Я зыркнул на него недовольно, и он поспешил заткнуться.
