Помнится, во время тренировочных марафонов, когда мы отправлялись куда-нибудь в дикие места, долго шли маршем, неся на себе все необходимое, да еще и в доспехе с оружием, а потом сами добывали себе пищу и воду, да еще и не забывали тренироваться в магии, к вечеру я просто падала на свою подстилку и засыпала без задних ног. Надо мной даже смеялись другие рабы, заявляя, что в горах я могу уснуть прямо в сугробе. Ну, подумаешь, однажды перепутала, где моя лежанка с согревающим амулетом, а где просто кто-то свой плащ скинул.
Воспоминания заставили улыбнуться. В том походе я случайно, пойдя по маленькому, столкнулась с саблезубым волком и одолела его одним коротким ножом (секирой бы слишком шкуру попортила, а магией нам по правилам было в этом походе пользоваться запрещено). Конечно, шкура досталась Учителю, но в борьбе я перебила зверю пушистый хвост, и его мне отдали."
"Странно, но я никогда не считала свое детство и юность жестокими и несчастливыми. Теперь, видя отношения Кейи и ее матери, я, конечно, хотела чего-то подобного, но кто сказал, что, даже не будь я рабыней, мать любила бы меня? Сомневаюсь.
Она ведь бывала у меня, но никогда не обнимала, не прижимала к себе, не целовала и не плакала. Просто смотрела на меня внимательно и задавала вопросы о моей жизни и успехах в учебе и магии, не подходя ближе, чем на пару метров. А, если бы она тоже была не рабыней? Кто знает? Может, я и вовсе не была бы рождена никогда. Нет смысла об этом думать.
Я перевернулась на другой бок и глянула на свой амулет.
Стрелка замерла где-то на середине расстояния от одиннадцатого до двенадцатого деления, а минимум нужно дождаться двенадцати, чтобы освободиться от лишней магии, а то все будет напрасно. Я тяжело вздохнула уже в который раз за ночь.
— Рика? Тебе плохо? — послышался шепот Кейи.
— Все нормально, извини, что разбудила, — я замерла, стараясь не двигаться и не шуметь.
— Ничего страшного, я не спала. Если почувствуешь себя хуже, сразу говори! — горячо прошептала Кейа.
— Хорошо, — обещала я.
Хотелось еще разок тяжело вздохнуть, но я себя пересилила. Можно было бы помедитировать, но, к сожалению, этот процесс тоже вызывает более активное поглощение магии, как и вообще все занятия. Оставалось только тихонько лежать, не двигаясь, чувствуя, как деревенеют без должной нагрузки мышцы, и пялиться невидящим взглядом в потолок.
Задремала я уже где-то ближе к рассвету, а проснулась, когда Кейа и Гудда, тихо переговариваясь, собирали на стол.
